После съемкки Марсель помогает мне покорить одну из трасс для новичков, и приятно удивляется моим скромным успехам. Выдохшись, я отпускаю его повеселиться и в компании Рика бреду к террасе, чтобы выпить горячего чая.

– Он хороший парень, Эби! – доверительно сообщает Рик, и я улыбаюсь, словно он приходится другом не только Марселю, но и мне. – Мы, конечно, сперва удивились. Признаться, он так редко отдыхает, что даже в поездках умудряется большую часть времени проводить за работой. Но тут… Его как подменили! Я очень рад за него. И если ваши мечты окажутся созвучны, уверен, что расстояния будут вам нипочем.

За эти несколько дней мы не говорили о мечтах. Мы проживали каждую минуту вдвоем, отдаваясь на волю судьбы.

Я закрываюсь рукой от слепящего солнца и ищу взглядом Марселя.

– И о чем же он мечтает?

– В последнее время он грезит Джомолунгмой, – отвечает Рик и быстро добавляет: – Эверестом. Насколько я знаю, он собирает команду, трое первоклассных шерпов уже согласились сопровождать их.

– Это шутка?

– Почему? Нет.

Мое сердце сжимается. Не то чтобы я трусиха, ладно, к черту, трусиха и есть. Перед глазами всплывают страшные кадры: замерзшие насмерть люди, растерзанные ветром останки. Ветер… Сколько смертей он повидал! Джомолунгму называют «божественной матерью жизни», но разве может мать так беспощадно этой жизни лишать?

Я с ужасом смотрю на мужчину, которого боюсь потерять. Даже если нам не суждено быть вместе, меня греет мысль, что он ходит по земле. Но если его не станет…

Марсель болтает с Каспером, готовясь к спуску. Он оборачивается на неуловимое мгновение, но его хватает, чтобы заметить мое смятение. Он дает Касперу отмашку, изображая руками крест, отстегивает доску и идет к нам. Я бросаюсь ему навстречу, вырываясь из пут удушающего страха.

– Надо было сразу сказать, что не хочешь оставаться в компании этих балбесов, – с нежностью произносит Марсель, с укором поглядывая на смущенного Рика.

– Нет, все не так. Просто я решила, что хочу еще раз проехаться с тобой.

Жалкие оправдания плохо скрывают ложь, но Марсель не настаивает.

– Раз ты говоришь…

К этому разговору мы однажды вернемся. Однажды, но не сейчас.

***

Вечером мы собираемся в «Leone e Anna». За столом царит угрюмое настроение: Чед не юморит, Бри выглядит отрешенной, а Ева грустно смотрит на Каспера, держа его за руку.

– Твои навыки сомелье сейчас очень пригодились бы, – с надеждой произношу я, поглаживая Марселя по бедру, но замечаю, что он не притронулся к равиоли и ни разу не пригубил вина – что-то происходит и с ним.