Марсель развязывает веревки, как наказывал ему Джон Уиккоф, спускает зеленую красавицу на землю, немного встряхивает и несет на крыльцо. Я чувствую себя рождественским эльфом, исполняющим чье-то желание, нажимая на кнопку звонка.

Бабуля открывает дверь, и платок-паутинка ползет с покатых плеч, она еле успевает его подхватить. Понимаю ее замешательство, ведь еще недавно она утешала меня, стараясь спасти от изнуряющей разлуки.

– Бабуля, поздоровайся, а то Марсель и тебе прочтет лекцию о вежливости! – усмехаюсь я, и Марсель выглядывает из-за елки, посылая мне отчетливый сигнал «Точно научу!».

Я показываю ему язык, обнимаю Ба и, придерживая ее за плечи, представляю Марселя.

– Знакомься, единственный в своем роде помощник Санты по доставке рождественских деревьев. Поговаривают, у него итальянские корни…

Марсель с почтением целует бабушке руку, что отбивает всякую охоту проказничать – в этом жесте что-то старомодное и уютное, отчего бабуля расцветает.

– Добро пожаловать домой! – щебечет она, словно птичка, вспомнившая, как летать.

Под шутки и горячее какао мы устанавливаем ель на подставку. Бабушка показывает Марселю, где хранятся ящики с игрушками, и меня уносит в детство – малышкой я открывала эти ящики с замиранием сердца, словно в них хранились все сокровища мира. Возможно, в какой-то степени так оно и было.

Меня клонит в сон, но боюсь, что проснувшись, не обнаружу Марселя и потому бодрюсь. Я лежу на диване и любуюсь, как ловко он распутывает проводки гирлянд. Обмотав ими ель, он присаживается передо мной на корточки – гладит меня по голове и убирает непослушные прядки с лица.

– Я поеду в отель, а ты поспи.

– Не хочу тебя отпускать, – шепчу я, хватаясь за его запястье, на котором точно такая же пластинка браслета, как и у меня, только чуть толще. Если бы я выбирала, то выбрала бы не спать, а быть каждый миг рядом с ним.

– Мы с тобой скоро увидимся. А пока… – он отклоняется и заглядывает через плечо, где на кухне суетится Ба. – Я схожу до машины и принесу наш подарок.

Бабуля любит шары. Больше, чем фигурки. И таких, какие купил ей Марсель, у нее не водилось.

– Возвращайся скорее! – прошу я, но когда Марсель выходит из дома, поднимаюсь с дивана и тороплюсь на кухню.

– Где же наш гость?

Я выглядываю в окно и мечтательно наблюдаю за тем, как Марсель открывает машину.

– Продолжает творить чудеса.

Бабуля вытирает руки о фартук и присоединяется ко мне, но я предупреждаю:

– Ты не должна смотреть. Вообще-то это сюрприз.

– Не волнуйся, я удивлюсь! – Она изучает мужчину, вернувшего мне дыхание, с нескрываемым очарованием и одобрительно произносит: