– Эби! – она заключает меня в объятия и шепчет: – Я так за тебя рада!

Вскоре мы развешиваем шары и танцуем под «Jingle Bells» собственного исполнения, Марсель занимается продовольствием на кухне. Изредка мы слышим, что он подпевает, и принимаемся петь с большей отдачей.

В один миг я замечаю, как Марсель откладывает в сторону нож и сосредоточенно смотрит на телефон, затем поднимает глаза и коротко кивает.

Чед здесь.

Мое сердце учащенно бьется.

Марсель выносит бокалы и ставит их перед нами на стол.

– Почему четыре? Ева все-таки придет? – удивляется Бри, не подозревая, что ее ждет.

– Передают, что в этом районе видели Санту, – поясняет Марсель, забирая лишний бокал из ее рук. – Иди открой дверь.

Она скептически смотрит на нас обоих, будто от происходящего мы повредились в уме.

– Я же не ребенок, чтобы верить в старого деда, – вкрадчиво, будто признавая новую реальность, говорит она.

– А зря, между прочим, – пожимает плечами Марсель, и мне приходится вмешаться.

– Ба вчера сообщила о подарке, и он действительно большой. Он не поместился под елкой, но дожидается тебя за дверью.

Все еще сомневаясь, Бри следует нашим указаниям.

– Как думаешь, обрадуется? – спрашивает Марсель, обнимая меня за плечи, словно ища поддержки.

– Думаю, сильно удивится! – с тем же предвкушением отвечаю я и замолкаю.

Бри открывает дверь. На нее во все глаза пялится Чед. Она вскрикивает и захлопывает дверь у него перед носом. Мы хохочем, хватаясь за животы.

– Что, черт возьми, происходит? – восклицает она и вздрагивает, когда в дверь снова звонят.

– Открывай! – хором кричим мы, и Бри открывает.

– Вот это прием! – смущенно улыбается Чед, перешагивая порог, и долго-долго смотрит ей в глаза.

Мы чувствуем себя лишними, и я увлекаю Марселя на кухню, чтобы одинокие сердца наконец воссоединились.

– Ты тоже это почувствовал? – спрашиваю я, прижимаясь к нему. – Оказывается, для чудес не нужны ни чулки над камином, ни седой старичок. Достаточно всего двух людей.

– Насчет чулок я не буду столь категоричен, – с дерзкой улыбочкой заявляет Марсель. – Но абсолютно согласен, что двух людей достаточно. А думаю я только об одном…

– О чем же?

Марсель отстраняется и берет мое лицо в ладони. Его дыхание щекочет мне кожу.

– Как счастлив я… – Наши губы встречаются, и его язык отыскивает мой. – Я счастлив, что по глупости ты забралась на тот склон.

– Ты по-прежнему не научился делать комплименты, – прерывисто отвечаю я. – Но я тебя научу.

***

– Уверен? В ближайшую неделю ты вряд ли сможешь вернуться домой. Сам видел, что творится вокруг.

– В ближайшую неделю мне это не понадобится, – говорит Чед, вручая Марселю свой билет, чтобы мы улетели вместе. – Но вам придется доплатить за смену пассажира. Извините, здесь я уже бессилен.