Я легла на пол, пытаясь сообразить встать или остаться лежать. Надо мной навис медведь.
— Пошел прочь… — прошептала я.
— Он не со зла, просто сорвался, — обыденно заявил тот. Взял меня на руки и усадил на диван.
Я устало прикрыла глаза и потерла саднящую шею. Дверь уже захлопнулась, а в столовой я была одна. Возле стола капли крови. Пистолета нигде нет, видимо, Тагаччи забрал его с собой. Я потерла лицо, надо было перевести дух.
Придушил меня, сволочь. Как же хотелось сделать ему ещё больнее! Чтобы прямо видно было на лице как ему больно! Выгрызть от него кусок! Биться с ним до последнего, пока оба не упадем.
Не позволю собой помыкать. Не позволю! Больше никогда!
Будет под рукой опять пистолет — выстрелю. Вилка, нож, любой острый предмет — использую!
Завтра я официально принимаю предложения от других волков. Завтра, да уже сегодня, потому что за полночь, мне до бесконечности будут бросать вызовы другие волчицы. Они и раньше могли это делать, но сейчас кусочек особо лакомый. Потому что я одна.
Пока Кейн будет занят отбиванием от меня кандидатов — я буду думать, как избавиться от него самого. А кандидатов он будет рвать я уверена. И я очень надеюсь, что они его изведут, что он устанет, утомится возиться с нашими подковерными играми. И тогда я его прибью.
Я одна буду сидеть на троне. Одна!
Он ничем не отличается от моего бывшего мужа. “Моя. Возьму силой, если не согласишься.”
Сидя на диване, сломленная, я думала о том, что хочу своего мужа назад. С ним я хотя бы знала, как жить. Что его бесит, а что нет. Каким бы он ни был жестким, даже жестоким, я отчетливо поняла, как мне его не хватает. Будто дыра в груди. Пустота в душе. И какой-то мудак тычет в эту открытую рану пальцем, радостно глядя, как меня корежит.
Или из двух зол я просто выбираю то, к которому привыкла? Да только… Михаэль умер. Нет его. И никогда больше не будет. И нечего мне выбирать.
Я вышла из столовой и тут же опять наткнулась на Тагаччи.
— Вы в порядке, моя королева? — спросил он, хмуря темные брови, разглядывая меня.
— Я не твоя королева, медведь-предатель, — прошипела я.
— Я по-прежнему вас защищаю и ваших детей. Просто платите мне больше не вы, — спокойно проговорил Тагаччи с медвежьей невозмутимостью.
— Он меня чуть не убил, — прорычала я устало. — Ты впустил в мой дом того, кто меня ненавидит.
Тагаччи сморщившись покачал головой.
— Не ненавидит, моя королева. Он на вас помешан настолько, что напрочь теряет контроль.
— Пошел вон из моего дома, — прошептала я и поднялась в спальню.
Уверена, что он не пойдет вон. Никто меня не слушает, всему нужна мужская рука, хотя и знают, что я могу и горло перегрызть тому, кто меня предал.