— В одну сторону.

— Да.

— И обратно столько же.

— Обратно тяжелее будет. Идти будем с деталью.

Он помолчал.

— Но дойти должны?

— Должны, — сказал я.

Юрий Алексеевич кивнул.

— По времени сколько примерно получится?

Я ещё раз прикинул маршрут.

— Туда около часа. Может, чуть меньше, если рельеф не окажется гаже, чем выглядит отсюда. На месте время уйдёт на осмотр и демонтаж. Обратно дольше. Значит, выход получится длинный, на пределе нормального. Но уложиться можно.

— По кислороду?

— Если убрать почти всё лишнее из программы и идти за одной конкретной целью — должно хватить.

Он отвёл взгляд от карты.

— Значит, шанс у нас есть.

— Есть, — сказал я. — Небольшой и зыбкий, но есть.

В этот момент связь снова ожила.

— «Рубин», я «Заря». Подтвердите готовность к дальнейшему обмену.

Гагарин глянул на меня, потом на карту и сказал:

— Подтверждаем. У нас есть предложение.

— Докладывайте, — спустя паузу ответили нам.

Юрий Алексеевич коротко глянул на меня. Я кивнул.

— Мы предлагаем использовать аппарат «Луна-15» как донора узла, — сказал он. — Мы можем попробовать дойти до него, снять редукционный клапан линии наддува или весь клапанный блок, если он уцелел, и попытаться поставить его на наш модуль.

И снова в ответ пауза. На этот раз длиннее.

Я даже представил, как там, на Земле, кто-то снял очки, кто-то потёр переносицу, кто-то уставился в схему, а кто-то, наверное, успел уже мысленно обозвать нас сумасшедшими.

— «Рубин», я «Заря». Повторите предложение.

Гагарин повторил.

После этого с Земли посыпался ряд вопросов. Юрий Алексеевич отвечал, я дополнял.

— Полной гарантии у нас нет, — сказал Гагарин. — Но иного источника детали у нас тоже нет.

Пауза.

— Расстояние по нашим прикидкам — до двух целых двух десятых километра с обходом рельефа.

Пауза.

— Так как специального транспорта у нас нет, придётся идти пешком.

Пауза.

— По времени выход получится длинным. Поэтому от части программы придётся отказаться.

На этом моменте я всё-таки включился в разговор.

— «Заря», я «Рубин-2». Выхода, как вы понимаете, у нас нет. Если мы не починим модуль, то и так и так останемся на Луне. Выбор у нас небогатый.

На Земле замолчали. Ни комментариев не последовало, ни дежурного «вас понял». Просто тишина. Потом наконец пришёл ответ.

— «Рубин», предложенный вами вариант сопряжён с крайне высоким риском. Подобный сценарий не прорабатывался. Характер повреждения узла окончательно не ясен. Состояние аппарата «Луна-15» после посадки также неизвестно.

— А какие у нас варианты? — спросил я.

Юрий Алексеевич не остановил меня из-за моего немного дерзкого тона. Только чуть повернул голову в мою сторону.