Гагарин лёгким движением подтолкнул меня в спину.

— Иди, — сказал он с лёгкой усмешкой. — Не стой. Не терпится уже лично посмотреть, какая она. А ты очередь задерживаешь.

Я сглотнул ком в горле.

— Спасибо, Юра.

А затем я повернулся к люку. Рука в перчатке легла на ручку. Я дёрнул механизм, и люк начал открываться.

Наконец, я увидел Луну. Не через стекло, не на картинке, а прямо так — как на ладони.

Свет ударил в глаза даже через фильтр. Чёрное небо над поверхностью выглядело непривычно. Оно не висело над головой, как на Земле, а будто стояло стеной вокруг всего этого мира.

Под опорами модуля лежала серая пыль. Мелкая, нетронутая.

И абсолютная тишина, которую не нарушал даже тихий шелест ветра. Я слышал только собственное дыхание в шлеме и шорох системы жизнеобеспечения. А за пределами скафандра — ничего.

Я подался вперёд и начал спускаться. Ощутил поручень под перчаткой. Первая ступенька под ногой. Ещё одна. Собственное учащённое дыхание и стук пульса в ушах. Свет. Тень. Пыль подо мной всё ближе.

С Земли, разумеется, заметили, что у нас произошла небольшая замена.

— «Рубин», я «Заря». Уточните: первым выходит «Рубин-2»?

Гагарин ответил не мешкая:

— «Заря», подтверждаю. Таково решение командира экипажа. По возвращении всё объясню.

На Земле замолчали. Видимо, решили, что спорить сейчас не время. Да и поздно уже, потому что я продолжал спускаться.

Последняя ступенька.

Нога зависла над поверхностью. Я на секунду задержался, прикрыл глаза и выдохнул. А потом опустил её вниз.

Лунная пыль оказалась податливее, чем выглядела на первый взгляд. Ботинок вошёл в верхний слой на несколько сантиметров. Я не провалился резко и глубоко, просто придавил слегка и оставил чёткий след. Я перенёс вес, убедился, что стою, и только после этого выдохнул.

— «Заря», — сказал я в эфир, — советский человек ступил на Луну. Работаем.

В наушниках молчали, слышались помехи, тихое потрескивание. Потом послышался чей-то сдержанный, протяжный выдох, а уже после него я услышал сдержанный голос:

— «Рубин-2», вас понял. Поздравляем!

Я стоял на поверхности Луны и осматривал всё вокруг.

Наверное, нужно было сказать что-то этакое, что потом будут веками цитировать потомки… Но, честно говоря, в эту секунду у меня не было никаких особенно умных мыслей. В этот момент я не думал ни про историю, ни про учебники, ни про человечество в целом. Меня на краткий миг всецело поглотил бурный коктейль из эмоций.

Я медленно перевёл взгляд на Гагарина, который начал спускаться следом, затем посмотрел на серый ландшафт вокруг, на резкие тени, на пыль у своих ног. Потом спохватился, наклонился и зачерпнул немного грунта совком в пакетик. Всё-таки первый шаг должен приносить не только эмоции, но и хоть какую-то практическую пользу.