— Докладывайте, — коротко сказал Керимов.

Ершов встал и раскрыл папку. Вид у него был усталый, но смотрел он по своему обыкновению цепко. Отчего некоторые из присутствующих поёжились. Им уже доводилось на себе ощутить, насколько дотошным бывает этот человек.

Кашлянув, Ершов глянул на записи перед собой, но читать не стал и сразу перешёл к сути:

— Факт попытки вредительства установлен, — произнёс он ровным тоном. — По итогам первичной проверки и последующих мероприятий был задержан ряд лиц, в том числе занимающих достаточно высокое положение. Имена я сейчас называть не буду, они будут представлены в письменном виде. На это есть ряд причин. Основная из них — то, что работа ещё не завершена. Нам потребуется некоторое время, чтобы убедиться, причастны те или иные лица к преступному сговору или нет. А лишняя шумиха может навредить расследованию.

Вот теперь в кабинете стало по-настоящему тихо. Слова Ершова можно было толковать по-разному. Пойди разбери, что он имел в виду: то ли он считает кого-то из присутствующих виновным, то ли пособником, то ли просто тень на плетень наводит. Таким он тоже иногда баловался, когда изволил блефовать. И, надо сказать, это приносило свои плоды.

Громов-старший застыл соляным столбом, только желваки на скулах проступили резче. Королёв после услышанного чуть сдвинул брови, но более никак не выдал своего отношения к словам Ершова. Каманин откинулся на спинку стула и медленно, с шумом выдохнул сквозь нос. И только Керимов никак не изменился в лице.

— Продолжайте, — проговорил он.

— Если говорить по существу, — Ершов перевёл взгляд с одного лица на другое по очереди, — перед нами не отдельный эпизод и не жалкая попытка чьей-то мелкой мести. Картина складывается объёмная и более неприятная. Подрывная деятельность велась не ради одной машины и не ради одного вылета. Целью было затормозить развитие космической отрасли СССР, а в идеале — дезорганизовать её и вернуть в состояние внутренней грызни, взаимного недоверия и распыления сил. И началось всё ещё не вчера и даже не в прошлом году. По моим прикидкам, активная фаза наступила в 1964 году. Если кто-то помнит неудачное покушение на Леонида Ильича седьмого ноября того года, тогда вы понимаете масштаб. Но, думаю, всё началось гораздо раньше.

Он сделал короткую паузу, чтобы глотнуть воды, и продолжил:

— Если бы у них получилось, мы бы сейчас имели куда более плачевное положение. Не было бы проделано и половины той работы, которая уже проделана. Да взять хотя бы ту же ракету Н-1. Она так бы и осталась сырой до сих пор. Мы бы и дальше распыляли бюджет, людей, производственные мощности и внимание руководства по множеству проектов сразу. Проектов интересных, должен сказать, местами перспективных и даже блестящих. Но в тех реалиях охватить всё разом было попросту невозможно, что здорово тормозило прогресс. Да и сейчас, если снова вернуть всё в прежнее русло, не получится.