Яковлев подхватил мою мысль, словно эстафетную палочку.

— Полностью согласен с Родионом Константиновичем, Леонид Ильич. Лаборатория в нашем НИИ оборудована специально под нужды отдела экспериментальной биофизики, исследования подобной направленности в котором идут уже не первый год. Любое перемещение — это риск! А мы не можем позволить себе ни малейшую ошибку.

Брежнев, сложив губы трубочкой, задумчиво посмотрел на Андропова, потом на меня.

— Что скажешь, Юрий Владимирович?

Андропов, дернув уголком рта, нехотя согласился с моими доводами:

— Это разумно, но! Охрана должна быть усиленной. Сотрудники лаборатории — под постоянным контролем! Все контакты с внешним миром — только по согласованию со мной…

— А ты не перебираешь палку, Юрий Владимирович? — перебив Андропова, укоризненно покачал головой Брежнев. — Времена сталинских шарашек почили еще при Никите. Так-то у людей и семьи, и личная жизнь имеется. Но повышенную охрану на время исследований — оставь. И секретность… Вот Эдуард Николаевич пусть всем этим и займётся, раз уж воспитал таких головастых сотрудников.

— Хорошо, Леонид Ильич, — пусть и с недовольным видом, но произнёс Андропов, — пусть остаются в НИИ.

— Ну, вот и договорились, товарищи мои дорогие, — довольно произнёс генсек. — Можете быть свободны. А от вас, товарищи учёные, жду смету со списоком оборудования и всего необходимого для наискорейшего выполнения поставленной задачи!

— Леонид Ильич, а как же доклад? — удивленно спросил Яковлев. — Товарищ Гордеев к нему готовился…

— Что готовился — похвально, — кивнул генсек, — отдайте его Цуканову… В общем, товарищи, вы идите… А вот нашего кудесника я попрошу остаться.

— Есть, товарищ Генеральный секретарь! — ответил Яковлев, направляясь к двери. — Родион Константинович, я вас у машины подожду.

— Подожди-подожди — я его ненадолго задержу, — по-отечески улыбнулся Леонид Ильич. — До скорого!

— До свидания, Леонид Ильич! — И генерал-майор вышел из кабинета Брежнева.

— Юрий Владимирович, — обратился генсек к так и не покинувшему кабинет шефу КГБ, — вы тоже свободны!

— До свидания, Леонид Ильич! — пытаясь скрыть недовольство за фальшивой улыбкой произнёс Андропов, выходя за дверь.

Когда тяжелая дубовая створка закрылась за ним с характерным щелчком, в кабинете воцарилась тишина, которую теперь нарушало только мерное тиканье «рогатых» часов. Леонид Ильич медленно выдохнул, тяжело поднялся на ноги и перебрался на одно из удобных и мягких кресел возле камина. Расслабленно откинувшись на спинку, он жестом указал мне на свободное кресло.