Раздался звенящий смех. Девчонки залились хохотом, и одна сказала:
— Отцы?.. Совсем рядом! И отцы, и братья! Но лучше бы тебе с ними не встречаться.
Сегорону поплохело. Все-таки разбойники. Целая шайка, семейный подряд. Наверное, оставили своих женщин накрывать на стол… точно, он не подумал, отчего в пещере столько еды, да свежей, горячей!.. ах, дурак, какой дурак!..
Он дернулся было к мешку… нет, с таким грузом не убежать!.. он заломил руки и взмолился:
— Я все отдам! Все оставлю! Я… я не знал!
Он обернулся к дереву, как бы впервые уставился на надпись и заахал:
— Ой, а я не заметил! Я все сейчас же верну! Шайтан попутал, шайтан!
— И вот так ты живешь, значит? — раздался звонкий голосок. — Если нагрешил и никто не заметил — то молодец, а если заметили — ой, извините?.. Берешь что плохо лежит, пользуешься чужой щедростью? А кто плохо положил, тот сам виноват перед собой?
— Твой брат-то хоть жив? — спросила девчонка. — Он нам понравился, честный малый. Не жадный совсем.
— И симпатичный такой, не то что ты, свинка, — добавила другая.
— Жив, жив, жив! — часто закивал Сегорон. — Пощадите!
Он забыл о золоте. Он бухнулся на колени, нашаривая за поясом кривой кинжал. Если там только женщины, еще можно пробить дорогу и сбежать… может, даже с золотом…
— Его попутал шайтан, — прозвучало над головой. — Сестры, кто из вас это сделал? Кто запутал бедолагу?
— Не я.
— И не я.
Сегорон поднял голову. Он увидел троих девчонок, совсем юных отроковиц с веселыми улыбками. Они все были с крыльями и хвостами, а глаза горели огнем, как у ночных шакалов.
— Шайтаны, — в ужасе понял он.
— Шайтаны, — согласилась старшая. — Интересно, хоть условку ты стоишь? Очень уж ты, знаешь… малодушный.
Демоницы засмеялись… а Сегорон закричал, выхватывая кинжал. Он бросился на шайтанов, вроде даже распорол чью-то мягкую плоть… но смех стал только громче.
Потом уже его плоть начали рвать острые когти.
…Дзимвел, Загак и Кардаш смотрели на это издали, из сплетения ветвей. Девушки недолго играли с добычей, очень скоро вопли смертного стихли, а его суть отправилась в Банк Душ.
— Он сам виноват, что пренебрег предупреждением, — сказал Дзимвел. — Его брат не пренебрег и ушел живым, да еще и богатым. А этот нарушил условие — и он теперь наш.
— И что, вы так запросто разбрасываетесь золотом? — хмыкнул Кардаш, глядя на разорванный труп. — Почему не использовать иллюзию? Или просто не убивать каждого, кто войдет? Зачем вообще это все?
— Долгосрочные вложения, — объяснил Дзимвел. — Можно охотиться на всех подряд, без разбору, но тогда за тобой придут егеря. Тигров-людоедов рано или поздно подстреливают, как бы ни были остры у них клыки. А если установить правила игры и известить о них, все становится интереснее, честнее и безопаснее для всех.