Снова ждать.
Этот фонарь стоял у самой стены. Тут тоже были картинки, как в начале этажа. Ну да, войти-то могут с обоих концов. Словно детские рисунки — день и ночь, ночь и день. Чередуются, причем день нарисован добрым, с ярким улыбающимся солнышком и двумя веселыми ребятишками, запускающими воздушного змея, а ночь злая, с кровожадным месяцем и волками. Они пожирали кишки одного из ребятишек, а другой стоял под фонарем, крича от ужаса.
Недвусмысленная инструкция.
Но дверь уже близко. Это была последняя итерация. Больше фонарей не видно. Сложным зигзагообразным путем Кюрдига обошла весь этаж. Следующий бросок должен быть к двери.
Не далековато ли? Может быть, день в этот раз будет длинным?
У двери три засова. Хотя бы не замки, но их все придется отодвигать, и они даже не в одном месте.
Кюрдига снова горько пожалела, что потеряла рюкзак Каладона. Там наверняка был какой-нибудь фонарь.
День!
Кюрдига так распереживалась, что чуть не упустила заветное мгновение. Она рванула вперед, прямо к дверям. К ближайшей. Второй справа. Наверняка она ведет на самый опасный этаж, но выбирать некогда.
Засовы оказались тугими и тяжелыми. Они едва поддавались усилиям высшего демона. Кюрдига с натугой отодвинула один и взялась за другой…
Ночь. Стемнело. Бежать некуда. Кюрдига закричала от ужаса и продолжила двигать засов… А в кожу уже вцепились бесчисленные жала. Словно тысяча раскаленных игл вонзилась одновременно.
Не обращая внимания на боль, скрипя зубами, Мученица отодвинула второй засов и стала искать третий. Где он, где он?
Он словно исчез, она видела его, она точно видела его здесь…
Демоникалы потянули ее назад. От двери. Она вонзила когти в камень и наконец нащупала хвостом засов.
Он переместился ниже!
Хвостом двигать его не получалось. Кюрдига закричала, чувствуя, как демоникалы пролезли под кожу и жрут ее заживо. Руки перестали слушаться. Крылья повисли сломанными зонтиками — на них полностью объели перепонку.
И тут вспыхнул свет. Вдали появилось зарево. Слабое поначалу, оно стремительно приближалось, разгоняя мрак и сжигая демоникалов.
Кюрдига услышала топот копыт. Свет приблизился так, что стал неприятным и для нее… но в большей степени он все же нес облегчение. Демоникалы с воем сгорали, едва лучи выхватывали их из тьмы — а потом наступил «день», и они сгинули.
Рядом с храпением остановился конь, и с него спрыгнул человек, смертный. На плечах у него восседал удивительно пушистый белый кот — и это от его вздыбленной шерсти исходило сияние.
Волшебник Дегатти молча отодвинул последний засов, причем тот ушел в сторону, точно ничего не весил. Кюрдига без лишних слов вбежала в проем, и уже на лестнице кот перестал светиться, а волшебник коротко сказал: