Не такой уж и двойник, впрочем. Зеркала были кривые. В одних Каладон представал гигантом, а в других карликом. В одних тощим, как скелет, а в других жирным, как куржуй. В одних лицо перекашивало до неузнаваемости, и Каладон представал какой-то образиной, а в других коверкало тело, и он обращался в древнего старца или мерзкого горбуна.
И двойники повторяли все его движения. А за их спинами были двери. Каладон попробовал встать так, чтобы двойник оказался рядом с нужным местом, поднял руку, взялся за несуществующую ручку, сжал, потянул… и за зеркалом отворилась дверь. Если Каладон сделает пару шагов — двойник за нее выйдет.
И оригинал, возможно, тоже.
— Ага, — стал рассуждать он вслух. — Это я, значит, выйду… и стану таким, да?.. Вот в этом загвоздка?
Ему не ответили. Тьянгерия давно не произносила ни слова, но Каладон продолжал с ней разговаривать, потому что ему было скучно и хотелось с кем-нибудь поболтать, пусть даже Принцессой Тьмы.
— Не, я так не согласен, — покачал головой Каладон. — Я лучше назад пойду.
И он вернулся к входу на этаж… попытался вернуться. Двери назад теперь тоже скрывались за зеркалами — и по другую сторону корчили рожи уроды и страшилища, в которых отдаленно угадывался Каладон.
— Жопа какая, — сказал он, глядя на одно из отражений. — Ярыть. Вот, значит, как.
Он задумался. Дураку очевидно, чего от него хотят — он должен искать среди отражений такое, которое наименее его изуродует. Но их тут тысячи, наверное. Так часами можно бродить.
Каладон попробовал сдвинуть одно из зеркал. К его удивлению, это получилось. Пули и лазерные вспышки проходили сквозь них, как сквозь дым, но едва коснулись живые пальцы, как под ними проступило холодное стекло — и зеркало послушно поехало, куда он толкнул.
Каладон поставил одно зеркало напротив другого, а сам встал между. В обоих закружился настоящий калейдоскоп уродов — отражения искривляли его и друг друга, искривленные снова искривлялись, и от этого рябило в глазах.
Но Каладон смотрел не на свои отражения. Он смотрел на двери. Те тоже отражались — снова и снова, уходя в бесконечную рекурсию. Он очень тщательно подвинул оба зеркала, потом взялся за несуществующую ручку, открыл несуществующую дверь… и зеркала вспыхнули! В обоих образовались бесконечные черные туннели, они соединились… и Каладон бросился в один из них!
На пути встали его собственные отражения, а сзади набросились другие зеркальные двойники. Но этого Каладон ожидал — и взмахнул мономолекулярным клинком. Рубя мороков-демоникалов, разбрасывая их гудящим силовым кастетом, он побежал что есть сил — и оказался на обычной лестнице между этажами.