— Ты не оставил, — начала она, лихорадочно перебирая и отбрасывая слова, — стражу в доме. У нас нет защиты.
— И? — спросил Астин, равнодушно глядя на нее, а Джул судорожно глотнула воздуха, положив дрожащую руку на теплую, шелковистую шею его коня. Это был прекрасный новый мерин, совершенно не подходящий для подобных долгих путешествий, и — это осознание запоздало ударило Джул с невидимой, ошеломляющей силой — Астин не оставил в доме стражи, и онзнал это. Он сделал этоспециально .
— Н-но, — возразила Джул, и голос ее прозвучал куда более жалобно, чем она собиралась, — но орки, Астин.
Астин лишь поднял бровь, словно орки были какой-то совершенно новой концепцией. Словно он каким-то образом забыл об орде жестоких, злобных тварей, засевших в своей огромной, неприступной горе всего в нескольких днях пути отсюда. Орки были огромными, уродливыми, опасными, смертоносными; они постоянно совершали набеги ради добычи и женщин — и если женщине не посчастливилось быть схваченной, она оказывалась в ловушке, сломленная и безжалостно используемая толпой. Ее будут наполнять порочным орочьим семенем снова, и снова, и снова, пока их огромные орочьи сыновья не приживутся, не вырвутся из ее чрева и не убьют ее.
— Орки, — снова выдохнула Джул, а ее сердце заколотилось громче, почти болезненно отдаваясь в висках. — Они становятся всё свирепее, Астин. Этой весной они напали на каждый город в Ярвуде, кроме нашего. Намнужна стража. Несколько вооруженных людей.Хоть что-то.
Ее голос резко возрос, пока она говорила, и она увидела, как Астин бросил беспокойный взгляд назад, на дюжину с лишним вооруженных людей из своей свиты.
— Следи за языком, жена, — сказал он сквозь зубы. — Я не могу позволить себе тратить еще больше монет на этих тупых тварей. Если тебе так нужна стража, можешь сама пойти и нанять ее.
Джул вздрогнула, гнев скрутился в ней тугим узлом, и она вскинула подбородок, встретившись с жестким взглядом Астина.
— Тогда дай мне доступ к средствам моего отца, — сказала она, — и я найму.
Это были неправильные слова, и Джул прекрасно это понимала — Астин заложил эти средства много лет назад, — и она не упустила из виду, как его тонкие, затянутые в перчатки пальцы сжались на рукояти неизменного хлыста. Скорее даже кнута — длинного, змееподобного и безжалостного; и Джул рефлекторно сделала быстрый шаг назад. Он прошелся им по ней в полную силу лишь однажды, после того как она отправилась на конную прогулку в одиночестве с красивым приезжим лордом с севера — но этого было более чем достаточно, и Астин, черт возьми, прекрасно это знал.