Все орки вокруг закричали в унисон; этот ужасный звук волнами расходился по комнате, и Джул рефлекторно зажала уши руками, пытаясь отгородиться от него.Нет. Слишком много смертей, слишком много разрушенных семей, сломленных людей. Убиты из-за неё.

Казалось, Гримарр услышал её мысли, потому что он повернулся, огромный, окровавленный и ужасающий, и зашагал к ней. Его глаза были жесткими и блестящими, и Джул охватило тяжелое, гнетущее осознание: он в ярости на неё, и вид того, как она стоит здесь — вжавшись в стену, зажав уши руками, — определенно делает только хуже.

— И это поражение, — прорычал он так громко, что звук отдался вибрацией в руках Джул, — люди потерпели вопреки моей своевольной паре и её предательству в пользу своих собратьев. Что ты на это скажешь, женщина?

Теперь каждый орк в комнате смотрел на неё, все — с осуждением и упреком. Джул опустила руки, попыталась отступить, но уткнулась спиной в стену.

— Это… это было нечестно, — выдавила она дрожащим голосом; её взгляд упал на изодранные, пропитанные кровью штаны Гримарра. — Они просто выполняли свой долг.

Из горла Гримарра вырвался жесткий, неодобрительный рык.

— Они напали на наш дом, — сказал он, его голос был громким, властным, гулким. — Их было вдвое больше, чем нас. И я дал им возможность уйти. Они этого не сделали.

Джул не могла не оглянуться на наблюдающие за ней лица — это что, суд? Публичное осуждение? — она сглотнула и заставила себя снова посмотреть в глаза Гримарру.

— У них не было выбора, — бросила она в ответ. — Если бы они отказались сражаться, их бы наказали. Их семьи пострадали бы.

Гримарр издал еще один из тех глубоких рыков, прокатившихся по комнате.

— Если у них не было выбора, тогда зачем ты выкрикнула предупреждение? Зачем предала меня впустую?!

Джул снова сглотнула, глядя в эти яростные черные глаза. Зачем она это сделала, если не было ни единого шанса, что это поможет её мести, зато было совершенно ясно, что это лишь усугубит её и без того бедственное положение здесь? Упрямство? Гнев? Безумие?

— Я не собиралась предавать тебя, орк, — сказала она наконец. — Если уж на то пошло, я предавала Астина. Лорда Норра.

Она на мгновение запнулась, её пустой взгляд снова уперся в эти грязные штаны; а было ли это правдой? Возможно?

— Не для того, чтобы навредить ему, — слишком поспешно добавила она, подняв взгляд на глаза Гримарра, и почему она вообще ему это говорит, неужели брачная связь и впрямь так сильно поразила её? — Но разве ты не видишь? Эти люди, погибающие от твоих рук в такой бессмысленной, безнадежной миссии ради украденной жены лорда Норра, — это делает их героями, а вас — злодеями. Это дает лорду Норру повод бросить против вас еще больше людей и ресурсов. Это приносит ему еще больше поддержки среди людей, чтобы уничтожить вас всех навсегда.