Щёлкнув клавишей интеркома, я вызвал Берни. Наш штатный фотограф появился через минуту — как всегда взъерошенный, пахнущий проявителем, который, кажется, въелся ему в кожу.

— Вызывали, босс? — Берни плюхнулся в кресло, закинув ногу на ногу.

Я вытащил из ящика стола маленький листок бумаги с номером телефона, который вчера выудил у той стюардессы из «Пан Американ». Анджелина… Чёрт, до чего же фактурная девица. В ней была та самая смесь невинности и скрытого порока, которую так любит камера и обязательно полюбит американский обыватель.

— Держи, Берни, — я протянул ему номерок. — Подцепил тут одну птичку, стюардессу. Фактура — закачаешься. Бюст — четвертый размер, ноги от ушей. Нужно отснять её. Сначала в форме, чтобы подчеркнуть строгость, для обложки а потом… ну, ты понимаешь. Без формы. Максимально естественно, но чтобы у читателя пульс зашкаливал. Подберешь ей чулочки там заводные, белье… Обязательно оставь пилотку.

Берни взял бумажку, прищурился, разглядывая цифры, словно это были настройки диафрагмы.

— Дозвонишься, договоришься, — продолжал я, откидываясь на спинку кресла. — Ссылайся на меня. Скажи, что мы оплатим перелёт, гостиницу, все расходы. И хороших денег отвалим за снимки. Она должна чувствовать себя звездой ещё до того, как вспыхнет первая лампа софита.

— Красивая? — лениво поинтересовался Берни, хотя в его глазах уже зажегся профессиональный интерес.

— Очень, — я невольно прикрыл глаза, вспоминая изгиб её шеи. — В ней есть порода, Берни. Если всё сделаем правильно, может, она даст права в журнале эти снимки опубликовать. Надо работать с ней плотно. Ну а если не даст — прозвучало это двусмысленно — Пустим в портфолио.

— Ладно, босс, сделаю в лучшем виде, — Берни спрятал номерок в карман рубашки.

— И ещё одно, — я понизил голос, подавшись вперёд. — К тебе зайдёт Гвидо. Ему кое-что в фотокубе надо будет конфиденциально отснять. Завтра вечерком, когда в офисе никого уже не будет. И проявить сразу. Поможешь ему. Без лишних вопросов, ясно?

Фотограф на мгновение замер, оценивая серьёзность момента. Гвидо был человеком из тех кругов, где за «лишние вопросы» можно было получить билет в один конец до дна океана в тазике с бетоном.

— Ясно, босс, — Берни вдруг широко улыбнулся и с деланным итальянским акцентом добавил: — Си, патроне! Сделаем всё чики-пики.

— Макет второго номера уже видели? — спросил он, уже поднимаясь.

Я замер.

— Нет, а он уже готов? — искренне удивился я. — Вроде только недавно Синклер ворчал, что тексты не вычитаны.

— Ага, горяченький, с пылу с жару

Рука сама потянулась к телефону.