Периодически Бабай мерцал, или раскалялся, немало меня пугая — но убеждал, что всё будет хорошо, и действительно каждый раз возвращался в нормальное состояние.

Насколько вообще можно назвать нормой огромного ездового волка с магмовыми прожилками на боках.

Когда я худо-бедно привык и перестал падать со спины напарника, мы отправились на охоту. Увы, охота предстояла на живца.

— Голодные духи, хозяин! Не те, что в астр-р-рале. Здесь они… в этом месте я сам — голодный дух. Вместо охоты на несчастных перер-рождающихся, мы пр-риманим таких же, как я. Они куда р-реальней… А вы можете уплотнить их ещё сильней!

Я не очень-то забоялся — во-первых, помнил ещё, как легко я развеял смотрителя кладбища. А во-вторых, где-то там, далеко «вверху», меня ждёт Эльмея. Надеюсь, ещё ждёт.

Должна. Иначе Линоран бы наверняка уже спускала с меня шкуру, раз уж это… существо интересуется моей судьбой.

Теперь, покинув кладбище и проскакав немного через зыбкий туман, ровную как стол степь с высокой чёрной травой и каменистую узкую речку — тут Бабай был очень осторожен, заявив, что ни капли воды не должно оказаться внутри меня — мы прибыли в по-настоящему жуткое место.

А уж когда я остался один, а Бабай растаял, садясь в засаду, мне всё-таки стало немного не по себе.

Это было… Трудно подобрать аналогию. Можно сказать, что это был лес. Только вместо деревьев здесь всюду торчали теряющиеся в густом мареве ржавые и гнилые дорожные указатели. И фонари. Белёсый, оранжевый, синий, золотистый свет тут и там пронизывал серую муть.

Солнца видно не было — всё утонуло в густом плотном… чём-то. Бабай уверенно заявил, что это не туман и вообще не воздух. Дышать мне в этом месте вовсе не нужно.

Просто здесь должно быть мрачно и плохо видно. Поэтому здесь так. Похоже на уменьшенную до предела прорисовку в какой-нибудь игре. Всё, что дальше десятка шагов, исчезает за унылой серой пеленой.

Только лучи фонарей виднеются чуть дальше, внезапно возникая над головой.

Вместо травы, земли или камня здесь… дорожное покрытие. Разное. Никаких настоящих дорог нет. Просто сюрреалистическое месиво из кусков асфальта, брусчатки, грунтовки, бетонки, дощатой мостовой, мраморных плит…

Откуда вообще в этом мире асфальт и бетон?

Этот вопрос занимал меня какое-то время — позволял отгонять предательский холодок, то и дело пробегающий по спине. Бабай назвал это место Перекрёстком.

Именно здесь, по его словам, то и дело проходят наиболее целостные духи… и подстерегают их скрытные хищники.

— Вы живой, хозяин… Вы для нас… для них добыча настолько лакомая, что королевский стол в мире живых показался бы нищенской трапезой! Духу послабее пожирания вас может запросто хватить на полное перерождение! Но духи послабее нам не нужны…