— Но почему вы думаете, что я — причина, хм, ваших, хм, «бед»? — спросил я, понимая, что с Касьяновым мне ссориться не хочется.

— Ну, — пожал плечами Касьянов. — Во-первых, — не бед, а во-вторых, — твоя фамилия стоит в методичке. Ты же Шелест?

Я улыбнулся, промолчав.

— Ну, вот… Кто такой Городецкий Георгий Григорьевич, мы выяснили. Кое что выяснили и про тебя. Связи у нас есть. Мы поняли, что если не идейный вдохновитель, то технический организатор всей этой бучи — ты. И без тебя Городецкий бы не стал бы такую кашу заваривать. Знаешь что сейчас твориться в Москве? Думаешь мы одни хотели навести порядок в, как ты сказал, самозванных секциях, которые, в определённых кругах, называют- секты? Это даже не наша инициатива. А ты всё поломал. Так, что… С нами лучше дружить, а не воевать. Ты ведь понимаешь, кто за нами стоит?

— С нами тоже лучше дружить, а не воевать, — сказал, усмехнувшись, я, больше чувствуя, чем понимая, что Тадеуш Касьянов — это голова, которой палец в рот не клади. — А кто за кем стоит, это не моё дело. Меня попросили, я методичку подготовил. И да… Я всего лишь, э-э-э, технический исполнитель.

— Хм. Хотел спросить, — Касьянов с интересом, словно на обезьянку в зоопарке, смотрел на меня. — Ты всё это, где взял? Ката и базовую технику — это понятно. Чистой воды Накаяма, правда, подробнее и понятнее. А перемещения в уклонах и связки. Это ведь большой труд и в них виден личный опыт. Он есть у тебя? Ты ведь совсем пацан.

— Позволю себе не ответить на ваш вопрос, Тадеуш Рафаилович. И слово «пацан» несколько пренебрежительное, не находите? Я мог бы вызвать вас на спарринг за оскорбление, но так как, действительно гораздо младше вас, воздержусь. Дабы не усугубить наши и так сложные отношения.

— Хм. Дабы, — задумался Касьянов. — Ты из какого века прибыл, мальчик? Это слово не оскорбительное для тебя?

— Нет, — сказал я. — Здешний я. Тутошний.

— По каким правилам ты был бы готов со мной сразиться?

Я пожал плечами.

— Ни по каким. Я же сказал. Не хочу подрывать в вас самих уверенность в превосходстве. Это повредит фильму который будет снят по моему сценарию. И на который мне хотелось бы пригласить, пользуясь случаем, вас.

— Какого фильма? — спросил Касьянов, хмурясь. — Какой сценарий?

— Мой сценарий. Я написал сценарий, — едва не по буквам произнёс я. — Его сейчас обсуждают в Госкино ищут место в плане съёмок. Одобрение председателя уже получено.

— Как называется? — спросил он.

— Пираты двадцатого века, — ответил я.

Тадеуш некоторое время молчал.

— Я читал сценарий, но там написано, что автор сценария Владимир Высоцкий.