Каэль положил полупрозрачную руку на плечо Эдрика:

— А знаешь, Морвейн…

— Что?

— А ведь у тебя всё-таки неплохо получается.

— Что именно?

— Выживать.

Эдрик улыбнулся:

— Спасибо. Без тебя я бы не справился.

Генерал кивнул в ответ, и впервые за долгое время в его голосе не было сарказма — только тёплая, искренняя благодарность:

— И я без тебя, мальчик.

Солнце медленно садилось за горизонт, окрашивая древние стены Академии в золото и багрянец. Два человека — один живой, один почти мёртвый, — стояли на пороге новой жизни. И путь, который им предстояло пройти, обещал быть не менее увлекательным, чем все предыдущие приключения.

Над башней Архива взлетела стая воронов, и Эдрик проводил их задумчивым взглядом:

— Каэль…

— Да?

— Ты когда-нибудь перестанешь быть моим проклятием?

Каэль обернулся к нему, и на его лице засияла та самая знакомая усмешка:

— Надеюсь, что нет. Без меня ты бы не выжил.

— С тобой я тоже едва не погиб раз двадцать!

— Ай, мелочи, — отмахнулся генерал. — Всё это закалка характера.

— Ты невыносим.

— Я знаю.

— Но, наверное, ты прав.

— В чём?

— Без тебя… было бы слишком скучно.

Эдрик зашагал вперёд, а Каэль, чуть помедлив, последовал за ним. Старая каменная дорожка петляла в золотистых лучах заката, и на душе у генерала было неожиданно тепло и светло.

Четыреста лет он ждал этого дня. Четыреста лет он ждал, когда кто-то — такой же нелепый, такой же упрямый и отчаянно живой — вернёт его к жизни. И Эдрик это сделал.

Конечно, он никогда в этом не признается.

Но в глубине души генерал знал: эти двое снова встретятся, когда понадобятся друг другу.

А до тех пор… закат был прекрасным.