— Ты… ты видел их лица⁈
— Если ты сейчас не перестанешь командовать… — едва слышно прошипел Эдрик.
— И что ты сделаешь?
— Я… я придумаю что-нибудь!
— Ужас, уже боюсь.
Неожиданно Лира сделала шаг вперёд:
— Господин ректор.
— Да?
— Позвольте провести небольшой опыт.
— Если только ничего не взорвётся.
— Не должно.
— Хорошо. Тогда удивите меня.
Лира повернулась к студенту:
— Попросите генерала дать любую команду.
— Да он всё равно никого не слушает…
— И всё-таки.
Эдрик тяжело вздохнул и обернулся:
— Каэль.
— М?
— Дай какую-нибудь команду.
— Любую?
— Только без катастроф.
Генерал задумчиво прищурился, посмотрел на строй и громко хлопнул в ладони:
— Бойцы!
Шесть скелетов мгновенно вытянулись в струнку.
— Сделайте три шага вперёд!
Они синхронно чеканным шагом выполнили приказ. Во дворе снова установилась полная тишина. Лира спокойно посмотрела на ректора:
— Видите?
— Что именно?
— Морвейн ничего не сказал.
Ректор нахмурился. Эдрик удивлённо моргнул: он действительно не произнёс ни слова — лишь про себя попросил Каэля. А скелеты всё равно подчинились.
Каэль медленно перестал улыбаться. Он посмотрел на костяной строй, а потом на свои прозрачные руки:
— Это… уже не смешно.
— Вот именно, — впервые за весь день по-настоящему серьёзно произнесла Лира. — Потому что если они начали слышать генерала напрямую… значит, он становится сильнее.
Глава 7 Призрачные проблемы
На следующее утро Эдрик проснулся от непреодолимого ощущения, что кто-то пристально смотрит ему прямо в лицо. Он медленно приоткрыл один глаз. Прямо над кроватью, зависнув в воздухе и скрестив руки на груди, висел Каэль:
— Доброе утро.
Эдрик молча закрыл глаз обратно:
— Нет.
— Что «нет»?
— Я ещё сплю.
— Уже нет.
— Сплю.
— Уже пять минут как нет.
Эдрик с головой натянулся под одеяло:
— Уходи.
— Не могу.
— Почему?
— Мы связаны.
— Тогда хотя бы отвернись!
— Зачем?
— Мне неловко просыпаться, когда на меня в упор смотрит четырёхсотлетний генерал.
Каэль на секунду задумчиво прищурился:
— Справедливо, — признал он, но так и не сдвинулся с места.
— Ты всё ещё смотришь?
— Да.
— Почему⁈
— Мне искренне интересно, сколько времени тебе понадобится, чтобы встать.
— Назло тебе пролежу так до самого вечера!
— Тогда я начну петь.
Эдрик резко высунул голову из-под одеяла:
— Ты умеешь?
— Нет.
— Тогда почему это звучит как угроза⁈
— Потому что даже я не знаю, что из этого получится.
Эдрик тяжело вздохнул и со стоном сел на кровати:
— Ты ужасен.
— Мне уже говорили.
— Часто?
— Обычно перед каждой крупной войной.
Эдрик лишь покачал головой. За последние несколько дней он почти привык к тому, что теперь никогда не остаётся в одиночестве. Почти. Это всё ещё казалось ему сомнительным удовольствием.