— Попал! Папка, попал! — радостно завопил Иван, выскакивая из-за дерева. — Сейчас мы его…
— Стой! Куда собрался? — Я едва успел поймать парня за плечо бронированной рукой. — Осторожно подходим! И не высовывайтесь. Если что — сразу падайте!
Судя по вою моторов и треску, с которым Пальцекрыл крушил тонкие деревца, сдаваться он явно не собирался. И если плазменная пушка уцелела при падении, автоматон запросто могла угробить пару-тройку человек. Но я не собирался ждать, пока он прицелиться.
И как только среди трясущейся зелени мелькнул кресбулат — тут же всадил туда Огненный Шар, а потом добавил сверху несколько Факелов. Первый превратил в пепел молодую сосенку, второй пробил насквозь крыло, буквально пригвоздив автоматон к земле, но по-настоящему удачно попал только третий.
Я успел чуть отвести удар в сторону, чтобы ненароком не повредить жив-камень, и заклинание пылающим копьем ударило в шею Пальцекрыла, почти отделив голову от туловища.
— Матерь милосердная, силища-то какая… Со ста шагов кресбулат как картонку пробил! — удивленно пробормотал кто-то за моей спиной — кажется, Боровик. — Ну прямо как покойный князь.
Глава 4
— Точно помер? — Иван осторожно шагнул вперед, выставив перед собой ствол штуцера. Будто оружие могло помочь, вздумай сейчас автоматон пробудиться от вечного сна. — Ну и образина… Смотреть — и то страшно!
— Ну так еще бы, — отозвался кто-то из новеньких. — Здоровый какой. И зубы-то, зубы — с мой палец!
Я улыбнулся, но обвинять гридней в трусости, конечно же, не стал. Даже упокоенный Пальцекрыл выглядел грозно и внушал если не страх, то по меньшей мере уважение и осторожность. И приближаться к поверженному чудовищу мне и самому не очень-то хотелось.
Но, как говорится, положение обязывает — и я первым направился к распростертой на земле металлической туше. Автоматон лежал среди поломанных молодых деревьев на брюхе, раскинув крылья, и никаких признаков жиз… то есть, функционирования, больше не подавал. Сделав еще пару шагов, я остановился, прислушиваясь, но из-под брони доносилось только едва слышное потрескивание остывающего металла силовой установки.
Других звуков не было — даже тихого жужжания, с которым обычно работали диафрагмы сенсоров, фокусируясь на цели.
Неудивительно — Факел угодил Пальцекрылу туда, где у живой птицы или ящера располагался бы позвоночник. Я вложил в самое обычное заклинание пятого ранга столько маны, что оно прожгло шею насквозь. Перед концентрированным потоком температурой в несколько тысяч градусов не устоял ни металл, ни уж тем более хрупкие внутренности под броней.