— Вольники вольниками, но наше дело — это ж не только по Тайге ходить и оленя в глаз бить со ста шагов, чтобы шкуру не попортить. — Я развернулся и не спеша направился обратно к господскому дому. — Тут и выучка, и дисциплина нужна. Надо в Орешек съездить. Вдруг кому из государевых людей служба надоела?
— Тоже верно. — Жихарь не стал спорить. — К вам в дружину, Игорь Данилович, солдаты еще в очередь выстроятся. А может, и из господ офицеров кто захочет. А то по выслуге баронский титул можно и не дождаться, а тут — как знать. Да и жалованье, небось, не казенное дадите, а побогаче.
Я нахмурился и даже погрозил Жихарю пальцем — уж очень он много болтал. Хоть и по делу: после того, как грузовики зубовские грузовики укатили обратно в Гатчину, моя казна пополнилась на такую сумму, о которой месяц назад я не мог и мечтать. Не знаю, что заставило его сиятельство Николая Платоновича так расщедриться, однако за мертвых гридней он заплатил такой же выкуп, как за живых.
Отказываться мы с дядей, ясное дело, не стали: деньги были нужны, как никогда раньше, а для Тайной канцелярии один пленный Зубов стоил куда больше, чем вся его гвардия вместе взятая.
Оставалось только надеяться, что высшие столичные чины не станут с ним миндальничать, и за контрабанду, наконец, ответит вся семейка. У Зубовых наверняка были покровители и в Москве, однако надежда на справедливый суд все же была: ходили слухи, что делом заинтересовался сам государь император.
Но на его решение я повлиять не мог никак — так что пока предпочитал заниматься насущными делами. Дружиной, стройкой, отцовскими бумагами…
— Глядите-ка, Игорь Данилович. — Жихарь остановился и вытянул костыль, указывая на крыльцо. — Никак, ее сиятельство Елена Ольгердовна в гости пожаловала. И вырядилась как — будто на бал!
Действительно, у господского дома нас уже дожидалась знакомая стройная фигурка. По какой-то причине облаченная не в привычный камуфляжный костюм, а в приталенный пиджак, узкую юбку и туфли на каблуке.
— Не иначе вас порадовать такой красотой решила. Тили-тили тесто, жених и невеста… — вполголоса затянул Жихарь, улыбаясь во всю ширь. Но, заметив мой взгляд, тут же захлопнул рот и на всякий случай отскочил на безопасное расстояние, ловко переставив костыли. — Все, ваше сиятельство, понял. Понял! Молчу-молчу!
Глава 2
— Доброго дня, Игорь Данилович! — Елена учтиво склонила голову, улыбнулась и, убедившись, что никого рядом нет, уже вполголоса добавила: — Привет!
Машину она оставила чуть в стороне, у Гром-камня — видимо, чтобы не перебудить здешних обитателей шумом мотора. Не знаю, когда Елена успела научиться водить, но здоровенный черный внедорожник — один из двух, которые мы взяли после боя с остальными трофеями — ей определенно шел. Старший Зубов даже не пытался требовать свои машины обратно. Да и, пожалуй, не смог бы: имущество нападавших считалось собственностью победителей, и в этом древние обычаи Пограничья нисколько не противоречили государеву закону. И вряд ли с этим стал бы спорить даже Петр Петрович, вздумай я отправиться в Орешек и поставить его в известность о, скажем так, смене владельца.