Наконец, решили проехать деревнями. В конце концов, до городских ворот оставалось не так много — около двух миль.
* * *
Дарон легко и стремительно бежал через лес. Мёртвое тело не знало усталости. Справа и слева от вампира мелькали огни: тёмные причудливые силуэты сновали между деревьями. Они несли в руках факелы, чьи длинные оранжевые хвосты трепетали на ветру подобно мантиям крошечных комет.
Вампир ощущал странное родство с этими существами, устремляющимися по непонятной причине на север. Они двигались в молчании, словно не замечая друг друга, словно были послушны некоему Зову.
«Может, у них общий Хозяин?» — предположил Дарон. Но силуэтов было так много… Сотни? Тысячи? Сосчитать невозможно! Словно армия теней двигалась в сторону Кар-Мардуна.
Ничейная земля! Это название впервые возникло в сознании Дарона и сразу стало ясным и отчётливым, заполнив собою весь разум и вытеснив остальные мысли. Да, теперь он понял, что именно туда бежали все эти тени, что мелькали вокруг него. И сам он тоже приближался к Кар-Мардуну.
За полчаса до рассвета Дарон находил какое-нибудь убежище и прятался в нём. Вначале он боялся отстать от остальных, но вскоре заметил, что они тоже стараются скрыться от солнца. После заката земля напоминала про́клятое кладбище, ибо отовсюду вылезали силуэты, зажигали факелы и возобновляли свой бег, словно и не прерывали его.
Однажды, когда Дарон спал, зарывшись в прохладную сырую землю, случилось нечто, по-настоящему удивившее его. Он увидел сон. Вампиры никогда не видят снов, они просто проваливаются в беспамятство или глубокий транс, в зависимости от собственного желания. Могут вообще не спать несколько суток подряд, если есть где спрятаться от солнечного света.
Но Дарон увидел сон, и тот был отчётливым и связным, всё происходило словно в действительности: перед ним предстали две фигуры, мужская и женская. По виду они походили на обыкновенных людей, только на месте глаз зияли чёрные бездонные провалы, и казалось, некая таящаяся в них сила вытягивает душу, забирает жизнь — каплю за каплей! Дарон испугался и хотел отвернуться, но пришельцы словно гипнотизировали его, лишая воли и заставляя глядеть в свои пустые страшные глазницы. В какой-то момент Дарону показалось, что он отрывается от земли и летит в бездну. Затем он ощутил долгое падение и, неожиданно обретя свободу, огляделся и обнаружил, что парит в пустоте. Вокруг простиралась лишь чернота, и где-то далеко-далеко сияли крошечными точками холодные звёзды. Дарон раскинул руки и осмотрел себя. Он был невредим, только сердце по-прежнему сковывал страх неизвестности. Ему хотелось проснуться, но он не мог.