Глава 18
Эл ударил первым: он рассёк прыгнувшего на него вампира пополам, и тот рухнул на пол, извиваясь и покрываясь предсмертной зеленью. Рад и Лиина выпустили ещё по стреле, а затем бросили луки и схватились за мечи, которые отыскались в ратуше. Тагор с неописуемой скоростью растратил свои ножи, завалив пол пылающего пятачка грудой разлагающихся тел, а затем подхватил тяжёлый боевой топор со слегка изогнутой рукоятью и ринулся туда, где стоял демоноборец, крошивший упырей мечом.
Однако носферату было слишком много, они напирали со всех сторон, орудуя смертоносными когтями. У Ирда уже сочилась из плеча кровь, жрец был ранен в ногу, Лиину едва не укусили — в последний момент Тагор успел опустить свой топор на шею повалившего её упыря, едва при этом не зарубив саму девушку: обычное оружие было бессильно против вампиров, если только не сносить им головы.
— Огонь, через который они проходят, чтобы добраться до нас, ослабляет их! — крикнул Эл, подрубая ноги очередному клыкастому противнику и добивая его ударом в сердце.
Его меч рассекал плоть носферату, как масло. Демоноборец нараспев начал произносить заклинание, и вокруг его запястий закружились вихри бледно-голубого света. Вампиры тревожно заголосили, но натиска не ослабили. Тагор едва успевал отражать обрушившиеся на них с Элом атаки. Последний заметил, как в проёме окна появился Дарон, с усмешкой наблюдавший за происходящим. За его спиной плыла полная луна, отчего тело вампира казалось матовым и призрачным. Легионер выбросил вперёд руки и выкрикнул последнее слово заклинания. В тот же миг свет, скопившийся вокруг его предплечий, потёк по мечу и, срываясь с острия последнего, полился во все стороны, ослепляя завопивших от ужаса носферату и выжигая на их коже магические знаки. Когда комната заполнилась едким зеленоватым дымом, твари, толкая друг друга, бросились к окнам.
Дарон встал во весь рост, мысленно приказывая своим Слугам продолжать атаки, но в это время луч света, исходящий от меча, скользнул по его груди и выбросил из комнаты в лунную ночь.
Жгучая боль затмила на несколько мгновений разум вампира, глаза заволокло чёрной пеленой. Дарон ударился спиной о стоявший посередине площади памятник и рухнул на землю.
Он очнулся всего через мгновение. Из окон первого этажа ратуши лился голубой свет, буквально преследовавший разлетавшихся во все стороны летучих мышей и разбегавшихся вампиров. Дарон ещё раз попытался сосредоточить волю и повторить приказ атаковать, но не смог: покрытая чёрной сажей грудь нестерпимо болела и не желала регенерироваться. Луч света оставил на ней какой-то магический знак, отнимавший у вампира силы. Дарон поднялся на ноги и, расправив руки, слегка взмахнул ими. Тотчас за спиной у него развернулись огромные перепончатые крылья. Изрыгая проклятья, вампир исчез в усыпанном звёздами небе.