— Он прятался в канаве, — добавил черноволосый. — Мы проскакали мимо, а потом вернулись. Слишком тихо для него, — кентавр едва заметно усмехнулся.
— Отвезите его в лагерь и похороните, — велел Киймирр. — Только его. Пираты пусть достанутся птицам.
Кентавры разложили носилки, положили на них тело Рэмдала и направились обратно.
— А мы отправимся к озеру, — сказал Киймирр, когда они скрылись за деревьями. — Нас ждут дела.
По его знаку черноволосый кентавр подобрал боевой молот лесовика — с видимым усилием — и взвалил его на плечо.
— Тяжёлый! — сказал он. — Слишком.
Трое кентавров поехали на восток — туда, где посреди леса находилось большое озеро. Его воды были тёмными и холодными, потому что оно питалось глубокими подземными реками, а на глубине водились зубастые твари, способные разбить лодку — поэтому никто не решался рыбачить здесь.
Когда кентавры выехали на берег, было около двух пополудни, и поперёк озера лежала яркая солнечная дорожка. На расстоянии пары сотен футов возвышались из воды четыре острых скальных обломка, похожие на кривые, сгнившие зубы неведомого гигантского чудовища.
— Здесь, — сказал Киймирр, осматриваясь.
— Хорошее место, — одобрил один из кентавров. — Зло будет надёжно укрыто.
Киймирр взглянул на черноволосого товарища. Тот снял с плеча молот и, раскрутив над головой, зашвырнул в озеро. Страшное оружие описало низкую дугу и тяжело шлёпнулось в воду, взметнув фонтан брызг.
Киймирр расшнуровал висевшую на поясе сумку и достал тонкий золотой обруч-диадему с вправленным по центру голубым камнем. Драгоценность была настоящим произведением искусства: тонкая филигрань изображали переплетённые ветки и листья, в которых сверкали капли росы — мелкие жемчужины.
— Даже жаль, — проговорил черноволосый, взглянув на диадему.
— У зла много обличий, — сказал Киймирр, вертя украшение в руках. — И чем они прекрасней, тем губительней.
С этими словами он бросил обруч на землю и, поднявшись на дыбы, опустил на тонкую полоску металла тяжёлые, подкованные сталью копыта. Во все стороны брызнули осколки кристалла и жемчужины, а золотой ободок смялся, разорвавшись в трёх местах. Киймирр ещё несколько секунд топтал диадему, при этом на его лице читалось отвращение. Затем он подобрал обломки и швырнул их вслед молоту — в тёмные воды озера.
— Теперь всё! — сказал он, отвернувшись. — Нам пора уходить.
Кентавры в молчании двинулись обратно в лес.
Глава 24
Когда корабли мурскулов приземлились в окрестностях Мальтана, первым их увидел Ашах. Он разбудил остальных, и небольшой отряд отправился смотреть на диковинные небесные лодки. Конечно, они не могли поразить воображение так, как Золотые корабли нифилим, но, тем не менее, вызвали несколько удивлённых возгласов.