— Я тоже люблю тебя, — прошептал он. — Больше жизни. Береги себя и…
— Буду беречь, — прервала его я. — Иди, иначе опоздаешь.
Константин еле оторвался от меня и принялся одеваться. Я для себя решила его проводить, поэтому надела сорочку. Босая, со спутавшимися от сна и интима волосами. Но мне было всё равно.
Мы прощались на пороге. Он шумно выдохнул, коротко прижав меня к себе. Я коротко поцеловала его, мягко, невесомо.
Он развернулся, даже сделал несколько шагов, чтобы уже уйти от меня, перемахнуть через балкон и скрыться. Но вдруг замер. Обернулся с крайне растерянным выражением лица. И принялся хлопать себя по карманам брюк, пока не нашарил что-то и не вытащил. Маленькую бархатную коробочку.
Моё сердце пропустило удар.
Он вернулся и… опустился на одно колено. Прямо передо мной. Растрёпанный после бурной ночи, в мятой рубашке, но с глазами полными нежности и любви. Коробочка открылась. Внутри на тёмном бархате лежало кольцо. Из белого золота, с большим голубым камнем огранки сердце, которое обрамляли небольшие бриллианты.
— Это сапфир, — произнёс Константин надтреснутым голосом. — Я искал его в цвет твоих глаз, любовь моя.
Я молча и в абсолютном шоке переводила взгляд с него на кольцо и обратно. И теперь понимала, почему его не было на помолвке. Такая работа не делается за один день.
— Амелия Кристина Хайфилд, — я аж вздрогнула, когда он назвал меня полным именем. — Ты выйдешь за меня замуж?
Я улыбнулась, чувствуя, как по щекам потекли непрошенные слёзы. Какой абсурд! Он уже четвёртый раз просит моей руки! Четвёртый! Мог бы уже и понять ответ, который на все разы един.
— Ты мог и не спрашивать, — прошептала я. — Мой ответ неизменен — «Да».
Он надел мне кольцо на палец. Слегка великоватое, но не настолько, чтобы спадать с руки. Холодный металл тут же начал согреваться моим теплом, камни же в рассветных лучах переливались, показывая свой природный блеск. Константин поднялся и поцеловал меня во внутреннюю часть ладони, где теперь было кольцо.
— Оно достойно тебя, — сказал он. — Помни обо мне.
— Никогда не забуду…
Константин поцеловал меня долго, крепко, не желая отпускать в губы. А после сделал несколько шагов назад, развернулся и перемахнул через балкон, оставив меня одну. Я осталась стоять, прислонившись к косяку двери, глядя в ту сторону, куда он исчез. На моих губах, должно быть, застыла крайне глупая улыбка. Но теперь…
Теперь на моей руке кольцо. В сердце — он, а в животе возможно наш ребёнок.
Месяц пройдёт легче, чем я думала.
Глава 18
— Амелия… Амелия, просыпайся… — позвала меня тихим голосом Карина. — Ого! Он всё же успел!