Пока передо мной не оказался дом. Старый, неухоженный, но явно жилой, судя по целым окнам, вытоптанной тропинке к дому и поднимающемуся из трубы дымку. Я откуда-то знала, что зайти мне нужно одной. Возникло чёткое тянущее ощущение в груди, говорящее: «Здесь. Открой дверь и всё узнаешь».

— Мы войдём с Вами, леди, — произнесла Ильза, бесшумно возникнув за моей спиной.

— Нет, — чётко отрезала я. — Ждите снаружи. Это приказ. Если… Если я через час не вернусь, тогда вламывайтесь.

Ильза шумно выдохнула. Мой приказ противоречил всему, что соответствует слову «безопасность». Но я обязана войти в этот дом одна.

— Всё будет хорошо.

С этими словами я толкнула дверь.

Передо мной предстала чистая и уютная комната, занимавшая весь домик. Пахло травами: мятой, ромашкой, зверобоем, лавандой и ещё чем-то сладким, не распознала. В особо тёмных углах горели десятки свечей из качественного воска, а не жира. А в центре всей этой комнаты стоял небольшой круглый стол из простого дерева с двумя стульями. На одном из них сидела женщина.

Она перевела насмешливый взгляд на меня. Дверь позади меня громко хлопнула, отделяя домик от всего, что происходит снаружи. Я не вздрогнула. Я смотрела на женщину и не могла понять, какого она возраста. В уголках её светло-серых глаз засели морщинки, но при этом лицо было достаточно молодым, мягким. Волосы такие светлые, что непонятно седые они или просто такой оттенок. Она улыбнулась мне. И в улыбке этой было что-то… что-то родное, материнское.

— Ну здравствуй, Амелия, — произнесла она, её голос был подобен весёлому ручью или колокольчику. — Или лучше назвать тебя твоим корейским именем?

— Лиос… — прошептала я, зная уже, кто передо мной, ни капли не сомневаясь, что это именно она. — Вы — Лиос.

Женщина не стала отпираться и просто кивнула. Жестом она пригласила сесть напротив, на соседний стул. Я на негнущихся ногах подошла и почти рухнула на него. Лиос протянула ко мне ладонь и коснулась моей щеки. Ладонь была тёплой, как солнце в середине весны. От этого прикосновения по моему телу разлилось что-то огромное, светлое, и я… я разрыдалась. Как маленькая девочка, которая очень любит свою маму, приехавшую после долгой разлуки к ней. Тихо, без всхлипов, но искренне. Слёзы текли по щекам, не останавливаясь.

— Всё хорошо, моя девочка, — прошептала Лиос, аккуратно вытирая слёзы своими тонкими пальцами. — Я знаю, моя хорошая, я всё знаю.

— Зачем, Лиос?.. — спросила я едва слышным шёпотом. — Зачем я здесь? Почему именно я?

Богиня вздохнула. Горько так, словно выдыхая всё пережитое горе и скорбь. Отняла свою руку и стала прямо на меня смотреть.