— Ясмин, Вы можете говорить на своём родном языке, — ответила я на йеринском, изменив свою манеру речи на более тягучую и мягкую, как того требовал язык. — Мне очень понравился подарок Вашего мужа.

— Ох!.. — она с восторгом прижала руки к груди, глаза её наполнились слезами, а после почти затараторила на йеринском: — Великая Лиос! Вы говорите на нашем языке!

— Не так хорошо, как хотелось бы, но достаточно, чтобы Вас понять, — с едва слышным смешком ответила, наблюдая, как окружающие удивлённо смотрят на нас.

Она суетливо повернулась в сторону и замахала рукой в сторону ещё трёх йеринок, стоящих поодаль, подзывая их. Женщины неспешно, с характерной кошачьей грацией подошли, звеня браслетами на запястьях. И также легко поклонились мне, приветствуя. Они были типичные йеринки: темнокожие, кареглазые, все в шелках и золоте, как и положено жёнам богатых мужей. Наряды были схожи с теми, что носила Ясмин.

— Госпожа говорит на нашем языке! — восторженно сообщила Ясмин, а я увидела на лицах у женщин облегчение, они явно не знали никакого языка, кроме своего.

— Я Алия, — представилась старшая из них на йеринском, судя по лицу и стати. — Это моя сестра Саада, — она показала на следующую по старшинству. — И наша младшая Иман, — и наконец на младшую. — Мы — жёны господина Мухамада аль-Хади.

— Вы сёстры, но при этом жёны одного человека? — удивлённо спросила я.

— Господин Мухамад аль-Хади благородный человек, — с улыбкой и чуть смущённо произнесла Саада. — Он женился на Алие, любит её больше нас всех. Но, когда мы с Иман осиротели, позаботился о нас, взял в жёны. Не обижает, не обделяет. Сказал, что, если встретим достойного мужчину, отпустит нас с хорошим приданым.

— Я слышала, что в Йерине может быть много жён, — я была приятно удивлена таким речам. — Не думала, что муж так легко может отпустить жену к другому.

Женщины звонко и совсем по-доброму рассмеялись. Должно быть, для них, выросших в культуре, где это привычно было смешно моё удивление. А потом женщины внезапно защебетали, отвешивая мне ворох комплиментов, который я едва успевала понимать:

— Вы такая красивая, госпожа!

— Какие волосы! Какие бёдра! Ах!

— Если бы Вы родились в Йерине, то были бы одной из самых дорогих невест!

— Не просто одной из дорогих, сам султан или шэхзаде захотел бы видеть Вас своей супругой!

— Мужчины у нас ценят женскую красоту. Они знают, что настоящая женщина должна быть такой, чтобы её можно было обнять и не бояться, что она сломается!

— Ваш жених — счастливейший из мужчин! Дай Лиос вам красивых и здоровых детей!