— Спасибо, не надо.
— Твоя кровь медленно стала бы гнить изнутри, превращаясь в гной — любимое лакомство струпней. А поскольку они сами остались на другом берегу и сожрать тебя не смогли бы, то продолжалось бы это очень долго. К счастью для тебя, в сознание ты бы так и не пришла, и боль не почувствовала.
Я сглотнула возникший в горле ком. Если до этого мне хотелось есть, то теперь желание резко пропало.
— Благодарю за помощь, — прохрипела сдавленно.
— Благодарить будешь, когда принесёшь слезу горы́.
— Кого?
— Горы. Сейчас карту дам…
Засуетившись, она достала с какой-то полки свёрнутый трубочкой лист. И принялась объяснять, куда идти. По всему выходило, что неподалёку от избушки находился некий всеми забытый вход в пещеры, но проводить меня до него она почему-то не могла. Поэтому объясняла путь на карте.
Если вкратце, мне следовало углубиться в хитросплетения ходов и добыть какую-то жидкость, которая капает с потолка, но исчезает без специальной ёмкости. Поэтому ловить предстояло не просто в полёте — в момент отрыва. Всё бы ничего, но Элифа наотрез отказалась объяснять, как и когда эти капли текут, и что для этого нужно сделать. Якобы, я на месте разберусь, не настолько уж я тупая.
— Надеюсь, эти капли хотя бы полезные, — пробормотала я. Не хотелось бы, чтобы добытое мной средство было использовано кому-то во вред. Хотя, опять же, кому тут вредить? Разве что струпням.
— Не сомневайся, — по-старушечьи захихикала Элифа. — Снадобье бесценное. С этими каплями можно добиться невозможного.
— Даже превратить василиска в камень?
Я сама не поняла, почему у меня вырвался именно этот вопрос. Спросила и замерла, испуганно глядя на Элифу. Всё-таки, обычным людям знать подобных вещей не положено. По крайней мере, по словам Гордана.
И правда. Поза женщины резко изменилась. Сейчас она словно стала выше на пару голов и возвышалась надо мной, подавляя своей энергией. На заострившимся лице чернели провалы глаз, словно проникая в самую душу.
— Откуда тебе это известно? — прозвучало властно.
— То есть, можно? — выдохнула я. Вопреки логике, в голове уже зажёгся огонёк надежды. Вот сейчас Элифа всё мне расскажет, и я смогу принести доказательства, чтобы оправдать Ашера. Его невиновность докажут, и ему не нужно будет больше прятаться.
«И он сразу же от тебя уедет,» — пропищал червячок сомнения, но я отмахнулась от него.
— Нельзя, — отрезала хозяйка.
— Можно! Точно можно! И вы знаете как!
— Не знаю, — огрызнулась она. А потом, помедлив, вздохнула и медленно потёрла ладонью лицо, сразу будто бы становясь меньше. — Больше не знаю.