— Ты меня не сдала.
— А ты наблюдателен, — фыркнула я. Внутри разливалась досада на саму себя. Ведь и правда, упустила такой отличный шанс избавиться от этого ненормального. Но что-то не позволяло мне так поступить.
— Не страшно оставаться наедине с незнакомцем?
— Ну почему же незнакомцем, — я резко обернулась. Он стоял намного ближе, чем я думала. Настороженный, почти сердитый. Недоволен, что я не позвала на помощь? — Я уже кое-что о тебе знаю.
— О! Просветишь?
Голос прозвучал требовательно, и я насупилась. Привык приказывать? Что ж, и не с такими разбирались.
— Ты тот самый преступник, которого ищет полиция. Сбежал от правосудия и спрятался в заброшенной лавке. Отличаешься мерзким характером, — а как ещё назвать того, кто решил «попугать» беззащитную девушку, — и полным отсутствием тяги к прекрасному, — судя по тому, как он едва не швырнул мою новую машинку.
— Даже так? — василиск заломил бровь. — И почему же ты, слабая человеческая девушка, не стала вопить о помощи, едва появилась такая возможность?
Я на миг задумалась. И правда, почему? Вроде бы раньше у меня проблем с головой не наблюдалось. Как и с чувством самосохранения.
— Во-первых, это не последняя возможность, — начала я. Голос звучал ровно, но сама я уверенности не испытывала. — Эта коробка — лишь одна из многих. В ближайшие пару дней будут прибывать посыльные, и им всем будет нужна моя подпись. Так что ничего ты мне не сделаешь.
Мужчина вновь смерил меня задумчивым взглядом. Так змея примеряется к жертве перед броском. Я даже как будто почувствовала себя немного бандерлогом. И пока я стояла в оцепенении, он скользнул ближе, обходя по кругу.
— А во-вторых? — прошептал он вкрадчиво. Он шептал тихо, но я всё слышала. И сердце заходилось в бешеном ритме в предчувствии опасности.
— А во-вторых, я не знаю, в чём тебя подозревают…
— В убийстве.
— В… убийстве? — я чуть не задохнулась.
— Конкретнее — в убийстве собственного отца, — милостиво пояснил он откуда-то из-за спины.
Я стояла и жадными глотками хватала воздух. Потому что одно дело прикрыть вора или мошенника, а совсем другое — потенциального убийцу. Ладони вспотели. Внутри бурлил адреналин, требуя бежать, отбиваться, что угодно… Но я не могла пошевелиться. Так и стояла, гипнотизируя дверной проём. Ощущая, как от чужого взгляда встают дыбом волосы на затылке.
Шею обожгло дыханием. Над ухом послышалось тихое шипение. Словно прямо за моей спиной расправляла капюшон гигантская кобра. А я даже не бандерлог — глупенькая полёвка, недооценившая противника.
Наконец, василиск показался в поле зрения. Плавно обогнул, завершая круг, и замер, нагнувшись, в сантиметре от моего лица.