— Расхристанный ходит, даже не ходит, а летает по улице! — вставляю пять копеек я.
— А что у вас с глазом? — переключается Архаров на неё.
— Вот он меня ударил! — самка мента показывает на меня рукой, очевидно, покрывая мужа.
— И когда это я успел? — возмущаюсь я, так как вижу данную особу сегодня в первый раз.
— Да пять минут назад! — нагло врёт хабалка.
— Вы знаете, что положено наказание за дачу ложных показаний? У вас минимум вчерашний синяк! За пять минут он желтеть не начнёт! — ехидно утверждает Архаров.
— Ударилась я, — прячет глаза испуганная лжесвидетельница.
Незадачливая семейная парочка уходит, а меня Архаров наставляет, можно сказать, как будущий родственник:
— Самое опасное в нашей работе — это семейные разборки, а не пули бандитов. Удоймиров — хороший парень, но если не пьёт. Я, когда заведовал нашим районным угро, наказывал его уже пару раз, а сейчас, видишь, переводят меня с новым званием в Москву. Вера с мамой тут ещё поживут год, пока я там не обустроюсь. Ты заходи. Я ещё три дня дома буду.
«Вот и продавай удой Удоймировым, того и глядишь, обвинят во всех грехах», — невесело размышлял я по дороге домой. Разумеется, в гости к Архаровым я больше не ходил, а Верка, видимо, обидевшись, не тревожила меня.
Вечером Эльза пришла одна, зато всё было тихо, по-семейному. Кондрат тоже было попытался напроситься в гости, но я сказал, что он — третий лишний, а ни фига не запасной.
Девчонки-продавщицы уехали, и мне стало совсем скучно. Разве что спортивные тренировки немного развлекали. Неожиданно сошёлся с Фарановой, у той закрутилась бешеная любовь с Серегой, а я, вроде как, единственный из общих знакомых у них. Авторитет мой был незыблемым в их глазах, и я, между делом, договорился с её братом младшим, что при случае тот будет бегать и звать бабушку или отца к телефону, чтобы в район не ездить на переговорный пункт им. Обошлось мне это в мои, ставшие конкретно малыми, джинсы. Носил я аккуратно, и парень был рад даже такой обновке. Буду в Ростове, надо бы прикупить одежды, договорённость уже есть, деньги тоже.
Вскоре вернулись мои путешественники. Бабушка помолодела лет на десять, а новая супруга отца в модной одежде вообще стала выглядеть как девушка.
— Представляешь, в нашей группе один мужик, стоматолог, заикнулся было, что дорого постоянно на венки скидываться, — рассказывает батя.
— Какие венки? — не понял я.
— Ну, нас же группой водили к разным памятникам советских солдат, — пояснил отец. — На венки мы все скидывались, одному и показалось, что много. А бабушка твоя как на него рявкнет: — «Тебе что, денег жалко память наших солдат почтить? Да если бы не они, из тебя бы фашисты мыло сварили, а из жены твоей сумочку сделали».