— Хреновая идея. Дети есть дети, с ними и так хлопот много, а первоклашки — тем более, надо строить ещё школу, — сказал я и, видя возмущенное лицо Зырянова, добавил. — Знаю, строите, но сейчас выход такой: в этой школе в три смены другие классы разместить, начиная с шестого, где дети постарше. А первоклашек — в новую школу. Только так!
— Все равно мест не хватит! — прикинул в уме комсомольский вожак.
— В Шарыпово возите каждый день на автобусе, тех, кому не хватит мест, — неожиданно поддержал меня Ким. — Уплотните там школы.
— Трудно будет уговорить наш отдел образования, — думал вслух Зырянов.
— А вот с этим мы поможем, как ваши шефы! Кто там у вас решает эти вопросы? — я без спроса взял ручку на столе директора и приготовился записать фамилии на ладошке, ибо бумаги я трогать остерёгся. — Прямо сейчас решим, если надо, я и к Федирко поеду, знал бы про такую проблему, вчера бы дождались его возвращения.
— Съездим, — коротко кивнул Ким, по-моему, удивив просителя.
За себя я никогда просить не любил, зато за других просил без проблем.
Глава 4
— Если вкратце, то уравнение Шрёдингера — это основное уравнение квантовой механики. Оно позволяет найти волновую функцию квантовой частицы, а именно, вероятность нахождения её в каждой точке пространства. Квантовое туннелирование можно представить так — стоите вы на горе и скатываете с неё мячик, естественно, он не может перепрыгнуть через соседнюю гору, если она выше точки пуска. Потому что ему не хватит энергии, то есть гора — это его потенциальный барьер. В квантовой механике частица может преодолевать такие барьеры с определённой вероятностью, — втираю я своей соседке по автобусу, рисуя эти самые горы на запотевшем стекле автобуса.
— Ну почему вот у тебя всё понятно, а на лекциях нет! — восторженно мне говорит Зинина подружка Вера.
Я уже сводил её в кино, мы посидели в кафе «Рига», и сейчас я провожал её домой в Академгородок, где я надеялся получить бонус в виде, как минимум, поцелуев, за качественное образование, полученное мною в своё время.
— Молодой человек, а это не вы случайно заняли второе место на краевой олимпиаде по физике? — слышу неожиданно голос сзади.
Оборачиваюсь и вижу импозантного профессора. То, что он профессор, ясно и без документов: большие круглые очки, бородка как у профессора Преображенского из «Собачьего сердца». И запах коньяка. Профессор изволил откушать, на глаз так, граммов четыреста.
— Ой! Добрый день, Всеволод Евгеньевич, — пискнула Вера.
— Уже вечер, Верочка! Добрый, добрый! — кивнул старик и продолжил смотреть на меня, рассчитывая получить ответ на свой вопрос.