— И он, поскользнувшись на натёртом полу, упал. Эрцгерцогиня Мария Антуанетта, будущая королева Франции, помогла ему подняться. Вольфганг будто бы подскочил к ней и сказал: — «Вы славная, я хочу на вас жениться, когда вырасту».
Это она про Моцарта маленького рассказывает. Я решил ещё немного послушать, а потом ещё и ещё, до самого отбоя. А интересно девчонка рассказывает! В отряд вернулся уже к отбою, соседи шумели и спать не собирались, у них даже была мысль о вылазке, не пойми куда, но мне это уснуть не помешало. Просыпаюсь от какого-то бума. Темно, пахнет чем-то горелым, слышу шепотки соседей.
Глава 27
Зажегся фонарь моего соседа, того самого мелкого с наглой рожей, и я понял что случилось. Выбило пробки. Парни юзали самодельный кипятильник и получилось замыкание. Свет внезапно загорелся в подсобке, сразу стало светлее. Это норильчанин поковырялся в щитке и починил. Наверное, и у нас в помещении, где кровати, свет есть, но он выключен, ведь половина отряда до сих пор спит. Достаю кипятильник, приобретённый для этого случая из сумки, и молча, подаю соседу.
— Спасибо, Толян, — говорит он, и уходит вглубь отрядного барака, искать ещё одну розетку. Наша коротнула и сейчас выглядит нерабочей. Не слушая бубнёж парней, засыпаю, утром умывание, туалет и зарядка! Народ весь сонный, а я живчик, разминаюсь. На минималке, конечно, нечего местных ботанов пугать. Такой же сытный и обильный завтрак, я даже ватрушку с творогом доесть не смог, вроде всё и просто, а вкусно.
«Надо отзыв написать на флампе на местную кухню», — выдаёт подсознание.
После завтрака вывесили на столовой результаты контрольной. Ого! Я первый и по физике, и по математике. По физике нас таких, решивших всё семеро, по математике восемь. Сама столовая уже приобрела другой вид, несколько самодельных плакатов оживляли её фасад. Делаем общее фото школы, я неожиданно оказываюсь рядом с дочкой алкоголика-водителя автобуса Олей. Она меня, разумеется, игнорит и старается отодвинуться, но звучит команда фотографа «сдвиньтесь, а то края не входят», и её просто прижимает ко мне.
— Папу оштрафовали! — тихо говорит она мне снизу вверх.
— Не ври, откуда знаешь, меньше суток прошло, — не поворачивая головы, шепчу ей.
— Он приехал сегодня за автобусом, сменщик его сломал. Ненавижу!
Вот чего мне ещё не хватало, так это ссоры с девчонкой. Надо как-то это уладить. Расходимся по занятиям. Я отмечаю, что одет чуть ли не лучше всех парней. Основная одежда — спортивные костюмы или рубашки с брюками. На мне же шорты и футболка, причём импортное всё. И фигура у меня атлетическая, не то что у других. Хотя и Артём и Слава, тот самый норильчанин, тоже подкачаны, видел в бараке, когда спать ложились. Кучерявый футболист Петя тоже, оказывается, у нас в восьмом отряде. Сегодня попытался ударить меня, шутя, в живот, сказав при этом, чтоб не забывал про футбол, который будет перед ужином. До сих пор не понимаю, как себя с ним вести? Ударить в ответ? Не вариант, не поймут.