— Маша, бросив взгляд, записала себе что-то в блокнот, причем на запись трех блюд у неё ушло два росчерка ручки.
— Пить, что будете?
— Я спортсмен, — быстро отказался я, выпятив грудь со значками. — Морса литр брусничного, и бутылку вина иностранцу. Только что-нибудь хорошее, он миллионер и что попало не пьёт!
— А ты, значит, пьёшь? — насмешливо спросила Маша.
— Я спиртное не пью, я телохранитель у этого американца, — киваю на Жаира.
Маша, вильнув задницей ушла, а Жаир потребовал уточнить замужем ли девушка, а если нет, как-то сообщить ей, что он приглашает её в Бразилию знакомиться с родителями, предложение он ей будет делать!
— Ваши документы? — подсел внезапно к нам мощный мужчина в неприметном сером костюме и галстуке.
— Воч? — спросил Жаир, уважительно глядя на широченные плечи нашего гостя.
— А ваши? — спросил я, не напрягаясь.
А чего? Я местный жилец, спиртное не заказываю, да и приметил я утрешнего КГБшника в зале.
— На такой значок удостоверение нужно, — тыкнул здоровяк на мой значок мастера спорта.
Не спеша достаю нужную книжечку.
— Анатолий Валерьевич, у вас проблемы? — нарисовался давешний КГБшник у нашего стола, удивив и меня и моего допросчика.
Один Жаир ничего не заметил, он мечтал о Маше.
«Так-с, это не из конторы гость, а чего он меня тогда пытает? И откуда КГБшник знает моё имя?» — подумал я и ответил:
— Да вот непонятно, почему меня допрашивают?
Глава 40
— Я не у тебя спрашиваю, — поморщился мне особист и обратился к моему спутнику: — Толь, так что ты тут делаешь вообще? К Машке опять пришёл?
«Что, шты, шта? Этот тип мой тезка? Да ещё и отчество совпало!» — изумлённо уставился я на них я.
— Надо же! Парень тоже Анатолий Валерьевич! — не обратил внимания на вопрос КГБешника незваный гость за моим столом, разглядывая удостоверение мастера спорта.
— Ну-ка! — особист бесцеремонно выхватил корочки из рук моего тезки.
— Не порвите там! — заволновался я.
— Не боись, солдат ребёнка не обидит, — пробасил Анатолий Валерьевич.
— Но обожрёт.
Все, кроме ушибленного русской красотой Жаира, хохотнули.
— Да очень надо! Кушайте, но к Машке не лезь! — тыкнул тезка в меня пальцем. — Всё оторву нахрен! И хрен в первую очередь.
— Да вы что! Она же старая! — сделал вид оскорбленного подростка я.
— Вот видишь, брат, к старухе ты приклеился, — весело шептал особист мощному товарищу, уводя того от нашего столика.
Госпидя, да тут амур-лямур, что, впрочем, неудивительно, у девушки таких достоинств наверняка есть ещё кавалеры, возможно и среди работников ресторана. Как бы жаркое нам не пересолили!