— Я, — просто сказал я, выжидая, и мои ожидания не обманулись.

— Отлично! «Я» — этого достаточно! Вы знаете, что у вас способности к физике, и я предлагаю поступать к нам на физический факультет! Гарантирую вам зачисление! — оживился интеллигент.

— Ясень пень, у вас же там недобор постоянный, я слышал, — не удержался от подколки я. А чего он мне мешает девушку клеить?

— Внимания не обращайте, мы на это не смотрим, набор уж очень большой, сто пятьдесят человек, но до выпуска «доживет» треть самых-самых, — махнул рукой Всеволод Евгеньевич. — А давайте зайдем к нам в Институт физики?

— Да Вере надо готовиться к зачёту какому-то, — неуверенно сказал я.

— Вера, вы в курсе, что у вас автомат? — спросил профессор.

— Да? — удивилась та.

— Я с вами еду от самого «Агропрома», и почти всё вам уже молодой человек разжевал, так что — ставлю вам зачёт, — махнул рукой дядя. — Что вы сидите, сейчас остановка «Институт» будет, нам выходить!

Увлеченные обаянием дяди, мы как телки прошли небольшой лесок Академгородка, и вышли к Институту физики. На вахте сидел вахтёр-дедок с глазами старой сволочи, очень уж он неодобрительно по нам мазнул взглядом, чуть ли не скривился. Курва. Но проф был тут в авторитете, и мы зашли безо всяких пропусков. Поднимаемся по широкой лестнице мимо библиотеки, потом идём длинными коридорами в «теоротдел», как сказал наш провожатый.

— Вот тут мы занимаемся! — барственно провел рукой он, указывая на табличку, гласящую:

Заведующий теор. отделом,

Профессор, доктор ФМН,

Казьмин Всеволод Евгеньевич.

На звуки его зычного голоса выглянул мужик помоложе. Потянув носом, он учуял коньяк, но промолчал.

— О, Валера! Я тут таких студентов нашёл! — обрадовался Казьмин. — Зря ты на защиту не поехал. Мы потом отмечали на банкете.

Нас повели по кабинетам, нигде нет ни одного компа, или вообще хоть какого-нибудь оборудования.

— Пустовато у вас, я не так себе физику представлял, — не соврал я.

— У нас ручка и бумажка есть, и всё! Мы — теоретики! Больше ничего для работы не нужно! — пояснил он и добавил. — Вы тут осмотритесь, вон задачку можете решить, а я сейчас вернусь.

Он ушёл, а я вместо того, чтобы лапать Веру заинтересовался задачкой, написанной мелом на доске. Беру мел и пытаюсь решить, надо же удалось! Вдруг мы услышали приятный баритон Казьмина, которым он выводил какую-то арию!

— Он любит петь, — почему-то застеснялась Вера.

— В туалете? — удивился я, ведь звуки доносились как бы не оттуда.

— Там тоже! — сказала Вера и прижалась ко мне.

Это я удачно зашёл сегодня Зину проведать и её новорожденного сына. Гулящего папаши не было, а вот подружка с четвертого курса там оказалась. Вера, светловолосая, голубоглазая, с одной ямочкой на милых щёчках сразу запала мне, утомлённому длительным воздержанием. Но девочка она «универовская» и «академовская», что намекает на родителей-интеллигентов, это вам не продавщицы, пришлось интеллект включать и тратиться. И вот сейчас это дало свои плоды, поцелуй взасос от красотки и её руки на моих джинсовых карманах сзади, намекали, всё у нас будет. Жаль, не сегодня.