Сбор в школу около университета. От моей общаги это метров пятьсот вверх в гору по лесу, про автобус я даже не думал, с пересадкой это займет много времени, круг километров в пять придётся делать. Дышится в сосновом лесу легко. Прохожу мимо ряда гаражей, отсюда уже рукой подать до места сбора, и вижу группку парней двадцати-двадцати пяти лет, не дохляков, человека четыре. А нет! Пять. Пятый — длинноволосый пацан, по виду моих лет, и судя по двум(!) дорожным сумкам тоже идёт на место сбора школьников. Шёл. Сейчас его сумки раскрыты, и в них роется смуглый и налысо побритый парень. КЛШашник вид имеет несчастный. Однозначно, щемят. Можно, конечно, подойти, начать беседу, попросить отпустить парня и не трогать его шмотки. Без смысла так делать. Их четверо, и они, судя по жестикуляции и отрывкам фраз, — не самых честных правил, а я один, несчастный парнишка не в счёт. Так чего ждать⁈ Надо бить первым, если вмешиваться. Иду якобы мимо компании, вижу настороженные взгляды, меня явно не боятся, но и докапываются. Мои накачанные уже бицепсы под импортной майкой с короткими рукавами говорят им: «Добыча будет нелёгкая. Да пусть идёт, нам есть чем заняться».
Мой пинок в челюсть склонившемуся над сумкой гопнику выводит их из ступора. Бросив сумку, бью хуком в челюсть второму и на развороте апперкот в печень третьему! Я крут. Остался ещё один, он стоит немного в стороне.
— Чё те надо! — истошно орёт он, — Колян, ты как?
Опасливо так орёт, от страха. На Коляна, скорее всего, ему пофиг, это для отмазки на будущее — мол, я не стоял, я вас спасал.
— Вещи верните и извинитесь, — сухо говорю я.
— Слышь, мы тебя трогали? — первым очухивается, как ни странно, тот, которому прилетело крюком в челюсть.
— А что вы так смотрели на меня? — почему-то не нашелся что сказать я.
— Да как мы на тебя смотрели? — истерит нетронутый.
— Дерзко! — отвечаю я и бью ещё раз ногой любителя шмона чужих вещей.
Незадачливый КЛШник мигом хватает свои сумки, и даже не застегивая их, рвёт со всех ног в сторону универа! Меня бросил одного! Так-то на его поддержку я и не рассчитывал, а всё равно обидно.
— Ладно, живите. И не тритесь тут больше, — подхватываю сумку и иду куда шёл.
Показываются корпуса универа, и я вижу своего спасенного мальца.
— Вот один! — кричит сбежавший длинноволосый парень лысому дядьке.
— Молодой человек, подойдите! — сурово говорит тот.
Я и так иду к нему, на площадке перед входом в красивое мраморное здание университета уже собралась толпа школьников и, очевидно, преподавателей. Стоят три «Икаруса», которые, по моему мнению, всю эту ораву не вместят.