— Это он тебя укрыл, еще час назад, — заговорщически сообщила пудреница.

Несложно было догадаться, о ком она говорит. После того, как Алистер спас меня в доме подпольного мастера, её отношение к нему заметно потеплело. Что касается грядущей помолвки, то я до сих пор не рассказала пудренице о том, что узнала из газет. Казалось, если произнесу это вслух, все станет по-настоящему.

Поэтому внезапный жест заботы меня не очаровал, а только вызывал глухую досаду. Если бы Алистер держал дистанцию, — думала я, разглаживая складку на пиджаке, — мне былох бы куда проще принять действительность.

Я осторожно повесила пиджак на спинку кресла.

Наконец, из коридора раздался шум, и сквозь зачарованное стекло я увидела, как в допросную ввели немолодого грузного человека. Алистер вошел следом — видимо, знатному подозреваемому и следователь требовался высокого ранга.

Ко мне в комнату зашел мистер Хоторн:

— Для задержания титулованных особ нужно разрешение, — тихо объяснил он, затворяя за собой дверь. — Мы убедили судью не ждать утра и позволить нам провести обыск.

— И как?

— Смотрите сами, — ответил мужчина, кивая на допросную, но по его улыбке и так можно было обо всем догадаться.

Барон был одет в роскошный бархатный халат с кистями, поверх которого была наброшена шуба. На ногах красовались домашние туфли с вышивкой. Нелепый вид вызвал у меня невольный смешок, который тут же перешел в зевок — я не знала, который сейчас час, но за полночь перевалило довольно давно.

— Это возмутительно! — прошипел мужчина и брезгливо осмотрел стул, прежде чем на него сесть. — Я пожалуюсь министру! Вы вообще знаете, кто я? Знаете, какие у меня связи?

Я перевела вопросительный взгляд на мистера Хоторна. Пусть барон и выглядел смешным, деньги и связи вытаскивали людей и не из таких передряг.

— Он преувеличивает, — тихо объяснил мне следователь. — Репутация у него не слишком хорошая. Если мы предоставим доказательства, вряд ли кто-то из первых лиц станет хлопотать о его вызволении.

— В вашем подвале оборудовано хранилище. При его осмотре мы нашли полный список артефактов, украденных за последние два месяца, — спокойно произнес Алистер, садясь напротив барона. — В том числе и работы мастера Флеминга.

Барон надулся, его красное лицо пошло пятнами.

— Я их все честно купил. Я известный коллекционер, — он картинно взмахнул пухлой рукой. — Ко мне приходят десятки людей. Я не обязан спрашивать у каждого старьевщика его родословную и справку из полиции! Если вещь редкая, я ее беру. Это, если хотите, мой долг перед искусством, перед историей.