Я сидела, не шевелясь, и чувствовала, как всё во мне дрожит.
— Посмотри на меня, — сказал он тихо.
И мир рухнул.
Фраза ударила в память так, что перед глазами на миг потемнело.
Тот же тон.
Не тот же голос — или тот?
Тот же приказ, от которого внутри мгновенно становилось жарко.
Я подняла глаза медленно.
Он смотрел прямо.
Тяжело.
Так, будто сейчас поцелует.
И я, чёрт возьми, хотела, чтобы поцеловал.
Но он не поцеловал.
Только коснулся пальцами моего подбородка.
Едва-едва.
А меня уже затрясло.
Вспышка.
Темнота номера.
Горячая ладонь.
Губы у моего рта.
«Смотри на меня».
Я резко отпрянула.
— Не надо.
Он отдёрнул руку так быстро, будто и сам обжёгся.
— Что с вами?
— Ничего.
— Это не ничего.
Я встала.
— Мне пора домой.
— Полина.
— Пожалуйста.
Он молчал несколько секунд.
Потом кивнул.
— Хорошо. Я отвезу вас.
— Не надо.
— Это не вопрос.
И в эту минуту я уже не знала, чего боюсь больше:
что он — не тот мужчина,
или что всё-таки тот.
Глава 9
В машине было тихо.
Слишком.
Я сидела на пассажирском сиденье, смотрела в окно и изо всех сил делала вид, что меня не разрывает изнутри.
«Посмотри на меня».
Эта фраза всё ещё гудела под кожей.
Он мог сказать её случайно.
Просто так.
Не зная.
Не знача ничего.
А мог...
Нет.
Нельзя.
Если начать связывать каждую мелочь с той ночью, я сойду с ума раньше, чем найду правду.
— Вы хотите поговорить? — спросил Воронцов, не отрывая взгляда от дороги.
— Нет.
— Лжёте.
— А вы всегда так уверены, что знаете лучше меня?
— В вашем случае — часто.
— Это невыносимо.
— Согласен.
Я резко повернулась к нему.
— И что это значит?
— Что?
— Всё. Это ваше поведение. Эти намёки. Контроль. Ревность. А потом — тишина, как будто ничего не было.
Он крепче сжал руль.
Я заметила.
И почему-то от этого у меня побежали мурашки.
— Я не привык к ситуациям, в которых не могу действовать прямо, — сказал он наконец.
— Почему?
— Потому что вы работаете на меня.
— И?
— И я не хочу пользоваться положением.
Я моргнула.
Это было...
неожиданно.
Слишком честно для него.
Слишком по-мужски.
Без игры.
— Но при этом вы всё равно меня ревнуете, — тихо сказала я.
Он усмехнулся без веселья.
— Да.
Сердце глухо ударилось о рёбра.
— К кому?
— Ко всем, кого вы рассматриваете дольше трёх секунд.
Кровь бросилась в лицо.
Он видел.
Он всё это время видел.
— Я никого не...
— Полина.
Тихо.
С нажимом.
Так, что спорить стало бессмысленно.
— Вы кого-то ищете, — продолжил он. — И меня это бесит.
— Почему?
На светофоре он повернул ко мне голову.
И взглянул так, что у меня сжалось всё внутри.
— Потому что я хочу, чтобы вы смотрели только на меня.
После этой фразы нужно было немедленно выпрыгивать из машины.