Тут зверь пошевелился, и стало ясно, что светлое пятно — это зад крупного барана. Остальная часть зверя была покрыта грубой тёмно-серой шерстью, и пока животное не двигалось, то совершенно сливалось с камнем окрестных скал.

Скрадывать барана придётся мне, и я осторожным жестом сигнализирую Тынгу оставаться на месте. Для надёжного выстрела следует сократить дистанцию наполовину, и едва передвигая ноги, принимаюсь красться к животному, замирая, когда баран вертит головой.

Он один, без самок, а потому настороже. Зверь только изредка щипает травинки, и тут же застывает, прислушиваясь. Баран очень крупный, с массивными рогами, и представляет собой отличный трофей, но вот в качестве мяса на обед я бы предпочёл молодого зверя. Впрочем, тут не до выбора. Хотя бы к этому подобраться. Мы и так ходим уже несколько часов.

Проклятый баран бдительнее любого часового. Продвинувшись на несколько метров, я понимаю, что дальше идти нельзя. Зверь очень сторожкий. Потому натягиваю лук, тщательно прицеливаясь в животное.

Стрела ударяет в зверя, вот только не в бок, куда я целился, а в заднюю ногу. Баран подпрыгивает, пытаясь сбежать, но рана серьёзная. Нога подводит зверя в момент очередного прыжка, и мой трофей улетает с обрыва вниз.

Тынг подходит ко мне и заглядывает в пропасть. Баран упал на груду острых камней и разбился. Охотник морщится при виде зверя:

— Не мог постоять на скале! Всё равно ведь умер, а нам теперь спускаться… Жаль, что с нами нет Искры. Она приносит удачу. Тогда баран мог не упасть со скалы.

— Может, ты и прав.

Ясно, что полная ерунда, но пусть лучше Тынг верит в её удачу. По крайней мере, хоть один человек считает Искру полезной.

— Не упал бы… — Тынг качает головой. — А теперь… Лучше поискать другого зверя.

— Нет. Этот пригодится. Он не слишком разбился. Шкура всё равно не нужна. Я спущусь и отрежу задние ноги.

Тынг глядит на спуск и тяжело вздыхает:

— Пойдём. Но надо самим не переломать кости. Никогда мне не нравились горы. Не понимаю, зачем Великий Отец сотворил их. Лучше бы добавил ровной земли.

— Они красивые. Наверное, ему нравится смотреть на них.

— Ему смотреть издалека, а нам по ним ходить! Нет, зря он поднял столько камней и сложил. Работы много, а зачем? Только бараны могут скакать по ним и не ломать ноги.

— Ну, ещё орлы гнездятся в горах.

— Орлы! — хмыкает Камень. — Они бесполезные. Их нельзя есть, а сами они могут украсть ребёнка. Дурная птица. Наверное, у Великого Отца был трудный день, когда решил сделать орлов. Он поторопился.

Вот так, за разговорами, медленно спускаемся вниз. Туша барана пострадала, но можно выбрать хорошие куски. Одна из задних ног вообще не повреждена, да и вторая вполне сойдёт. В любом случае лучше, чем вяленое мясо.