— Шумящая Вода — это Искра, моя новая женщина. Ты покажешь ей наше жилище и поможешь устроиться в нём.
— Наше жилище пустовало. Я жила у Колючки, как ты велел.
— А теперь не будешь. Я вернулся.
— Ты пойдёшь с моей сестрой. Она тебе всё покажет, — оборачиваюсь к Искре. — Я скоро вернусь. Я должен добыть оленя.
Искре очень не хочется, чтобы я уходил, но возражать против обычая не решается. Набрасываю на неё шкуру, и отправляю в сопровождении недовольной Та-шиа. Сам же беру лук, стрелы и копьё, ожидая, пока соберётся Камень.
Вот теперь охотники, толпившиеся во время нашего с Искрой обряда вокруг Твёрдой Руки, подходят ко мне, поздравляя с добытой шкурой и новым именем. Бойкота со стороны мужского населения стоянки мне не видать, как я опасался. Моя выходка с Искрой воспринимается ими как досадная блажь, но не более.
— Ты вернулся! — усмехается Видящий Тень. — И всё же принёс шкуру! Но куда ты опять собираешься идти?
— Мне нужен олень.
— Сердце… — понимающе кивает охотник. — Но вокруг стоянки оленей теперь мало. Ты можешь пробродить до темноты и не добыть ни одного.
— Придётся найти раньше, — улыбаюсь. — Мои ноги слишком устали.
— Олень, — вдруг раздаётся голос Волчьего Человека. — Это хорошо. Ты желаешь поступить согласно обычаю. Я тоже хочу соблюсти его. Когда сыновья возвращаются с охоты на кровавого зверя, то отцы добывают быка и готовят особый пир, подтверждая, что дети стали настоящими мужчинами. Твёрдая Рука вернулся со шкурой Пятнистого и ты вернулся с ней. Ты мне почти-сын, хоть и ушёл из-под моего крова, и я хочу дать пир в честь вашей охоты. Ты придёшь?
Отказаться в любом случае нельзя. Это будет расценено как оскорбление. Потому отвечаю:
— Ты мой почти-отец! Как я могу не прийти на твой зов? Это большая честь для меня.
Волчий Человек одобрительно кивает. Похоже, он действительно гордится мной, или же настолько искусно играет роль доброго дядюшки, что я не могу распознать подвоха.
Как бы то ни было, стоянка оживляется. Пока мы с Камнем уходим за оленем, остальные собираются помогать Волчьему Человеку отыскивать быка. Даже Слышащий берётся за оружие, отправляясь на охоту. Из мужчин на стоянке остаётся только Твёрдая Рука и его младший брат.
Глава 10 * * *
Олени вокруг стоянки и впрямь были выбиты и распуганы. Мы с Камнем долго бродили по зарослям, пока наконец стрела не догнала одного из них. В зарослях лук очень упрощает охоту, и даже Камень, недоверчивый к моей игрушке, после рассказа о Пятнистом по-новому глядит на это оружие. Теперь он не разглагольствует, что лучше копья ничего нет. Но вот сам охотник уж точно не станет осваивать лук.