Только для меня и Тапира дорога к горам в новинку. Остальная троица уже проходила по этому пути годом ранее. Потому, судя по словам Тёмного, когда солнце достигнет зенита, мы выйдем к небольшому озеру, а уже к вечеру доберёмся к месту привычной стоянки у сожжённого молнией дерева.

При мысли об озере, ещё больше хочется пить, но приходится экономить воду. У остальных охотников с драгоценной влагой дела обстоят не лучше, с единственным отличием — вместо глиняной фляги у моих спутников кожаные мешки.

Вдали виднеется лошадиный табун. Он небольшой, голов в пятьдесят, и недосягаем для нашего оружия. Тёмный с тоской глядит на животных, наверное, задумавшись, как и я, о жареной конине, но по общему уговору, мы не охотимся, пока не минуем львиные земли. Тем более, что подобраться незамеченными к лошадям можно даже и не мечтать.

Тёмный не ошибся. Немногим после полудня Видящий Тень указал вперёд и произнёс:

— Тихая вода!

Озеро, стало быть. Но признаюсь, я ожидал лучшего. Какого-то оазиса посреди равнины, где растут деревья, и можно хоть немного передохнуть в их спасительной тени. Хотелось упасть на зелёную траву под прохладой крон, и хотя бы на часок избавиться от палящего солнца.

Но не тут-то было. Долгожданное озеро оказалось мрачной грязноватой лужей, возле которой нельзя было отыскать ни единого дерева. Даже окружающая растительность вытоптана и съедена бесчисленными травоядными, приходящими на водопой.

Характерные следы, похожие на верблюжьи, испещряли глинистый берег, и вопросительно поглядев на Видящего Тень, я жестом изобразил горб.

— Горбатые звери вкусны, — печально ответил охотник. — Но мы не станем дожидаться их. Скорее львы снова явятся к водопою.

Он был прав. Большие кошки тоже бродили здесь, хоть и оставили куда меньше следов, чем верблюды. Встретиться с львиным прайдом ничуть не хотелось, и наскоро отдохнув, мы принялись снова собираться в путь.

Морщась, я всё же набрал во флягу эту тёплую мутноватую воду, ведь до вечерней стоянки оставалось несколько часов пути. Там протекает чистый ручей, судя по рассказам Тёмного, но к нему только предстоит добраться. Потому пока придётся обходиться имеющейся водой. Пройдя ещё немного по такой жаре, напьёшься из любой попавшейся лужицы.

Впрочем, такая вода смущает одного меня. Для остальных охотников она вполне привычна. Пока мои спутники наполняют дорожные мехи, я оглядываюсь по сторонам и замечаю кружащих в небесах птиц.

Это тераторнисы, известные в племени как Злые Птицы. Здесь, на равнине, их великое множество. Целыми днями они парят в вышине, высматривая поживу — палое животное или же остатки львиных трапез. Сейчас, судя по их поведению, неподалёку нет ни одного подходящего трупа.