Я обдумала его слова. Неужели его действительно волновали мои чувства? Остальных, казалось, мои эмоции вообще не заботили. Кейд манипулировал ими и контролировал их. Талон наслаждался моими слезами, особенно когда они были реакцией на боль, которую он причинял. Райкер однажды попытался поднять мне настроение, когда я плакала из-за женщины-учёного, но в остальном он обычно просто отшучивался и отмахивался от меня.

Был ли Киллиан другим?

Закончив очищать и перевязывать все порезы, Киллиан поцеловал внутреннюю сторону моего нетронутого бедра, пока я сидела на столешнице. Это был крошечный, нежный жест, который ударил мне в сердце и лоно одновременно.

Он встал, возвышаясь надо мной, и прижался своим лбом к моему. Мы замерли так: оба покрытые ранами и бинтами, словно зеркальные отражения друг друга. В резком свете ванной я смогла по-настоящему разглядеть масштабы его ранений, включая множество давно заживших шрамов, рассыпанных по его телу. Все ли они были боевыми шрамами? Кто или что могло так изувечить этого мужчину?

— Я хочу делать тебя счастливой. Не грустной, Журавлик.

Сердце ёкнуло у меня в груди.

Затем он медленно показал жестами «грустно» и «счастливо», демонстрируя мне движения для каждого слова. Он учил меня их тайному языку. Я повторила его жесты, и когда сделала ошибку, он мягко улыбнулся, направляя мою руку, чтобы исправить жест для слова «грустно», а затем кивнул, когда я попробовала снова и сделала всё правильно.

— Идеально, Маленькая Птичка, — гордо сказал он.

— Научишь меня ещё чему-нибудь? — спросила я, зевая.

— Если захочешь. Но не сейчас, ты устала.

Он снял меня со столешницы, и я снова обвила его руками и ногами. Я ненавидела в этом признаваться, но мне начинало нравиться, как Киллиан носит меня на руках. Я думала, что это будет унизительно, когда меня поднимают и таскают туда-сюда, но когда это делал он, я чувствовала себя… оберегаемой.

В общей зоне больше никого не было, за что я была благодарна, так как не была готова ни с кем встречаться, особенно с Кейдом. Кто-то убрал кровь и разбитую посуду. Всё выглядело так, словно ничего и не произошло.

Я думала, Киллиан отнесёт меня в свою спальню, но он свернул в мою и понёс меня к кровати, опустив поверх покрывал. Он взял экземпляр «Острова сокровищ» с тумбочки и протянул его мне, прежде чем скользнуть своей массивной фигурой позади меня и оседлать меня с двух сторон, зажав мою спину между своими огромными бёдрами.

Взбив кучу подушек у себя за спиной, он откинулся на них и сплёл свои толстые пальцы на затылке. Киллиан был таким массивным и опасным, но в тот момент он выглядел уютно и удовлетворённо, как медведь перед спячкой. Я никогда не видела его таким расслабленным.