Мысли беспрерывно терзают мою голову, кажется, что мозг сейчас закипит. Бесконечные “а что, если…” выжигают последние остатки адекватности.
А что, если бы Герман не оттолкнул меня? Он ведь, по сути, спас мне жизнь.
А что, если он не выживет?
А что, если операция пойдёт не по плану?
А что, если его здоровье непоправимо пострадает?
А что, если если если… Бесконечное “если”!
Засыпаю я быстро, скорее даже просто выключаюсь, но сон получается прерывистым и дёрганным. Я то выплываю в странную тяжёлую дрёму, то снова проваливаюсь в липкую темноту. Тишина в квартире кажется такой неестественной, что даже во сне это вызывает тревогу.
Утром я первым делом иду в ближайший сервис по починке техники, потому что быть без связи плохо, а в такой ситуации просто ужасно. На ноутбуке Германа, на котором я пишу диплом, я, естественно, в свои соцсети не заходила, а свой старенький недавно сдала, решила, что как закончу диплом и съеду, то куплю себе планшет для учёбы. Поэтому с момента, как мой телефон разбился, я осталась без какого-либо канала связи вообще, а в современном мире это очень плохо. Я ведь даже в больницу не могу позвонить и спросить, как он вообще, как перенёс операцию.
Степан сказал, что меня впустят, но приёмное время с тринадцати часов дня, раньше приезжать не стоит, вот я и решаю постараться успеть отремонтировать телефон.
Мастер мне сообщает, что ничего критичного с моим смартфоном не случилось, что-то там отошёл контакт, и ремонт займёт не более пятнадцати минут. Это хорошая новость, и я очень надеюсь, что меня ждёт ещё много хороших новостей сегодня.
На время ремонта смартфона я иду в соседний супермаркет. Беру некоторые продукты и бутылку воды, а потом возвращаюсь в сервисный.
Первым делом, выйдя на улицу, я включаю смартфон. Сразу сыплется куда сообщений и пропущенных звонков от старосты, Анжелики, девчонок из группы. В университетских чатах тоже перегруз. Парочка от придурка Артура, но я даже не открываю. Два сообщения от мамы и от неё же пропущенный звонок. И… от Германа! Свежее сообщение, присланное в четыре утра!
Пальцы подрагивают когда я его открываю, но само его наличие уже означает, что он жив и что операция прошла успешно!
“Спишь, Котёнок? Возможно, ты расстроишься, но я вроде как жив. Просто сообщаю”
Придурок ты, Герман.
“И… спасибо, что не дала подохнуть и была смелой. Я обязательно тебя отблагодарю. Тебе понравится”
От последний слов под рёбрами становится щекотно.
Мне ведь не кажется, и его сообщение имеет пошлый оттенок?
Или это уже мои мысли заражены им и тоже имеют пошлый оттенок?