К тому же я понимаю, что она тут же начнёт меня отговаривать. А мне и так тошно. И до трясучки страшно.
И стыдно перед ней…
— Да так… — пожимаю плечами. — Голова болела. Нормально всё.
— Точно?
Ей бы в следователи, въедливая она девчонка, умная. Или же просто ей не всё равно… Редко сейчас таких людей встретишь.
— Да! Вот в конкурс ввязалась, блин, теперь только заботы лишние, — собственно и совсем не вру. Просто тему перевожу. — Преподаватель по этике узнала, что я блог книжный веду, уговорила в конкурсе поучаствовать. Но есть хорошая новость: если выиграю, денежное вознаграждение получу и классную лампу кольцевую.
Мы отходим поболтать в сторону столовой, времени ещё минут сорок до встречи с Германом. И мне хочется хоть немного отвлечься, чтобы внутренности так не плавило от страха.
Идём с Ликой в столовую. Есть хочется неимоверно, но, кажется, у нас обеих негусто на картах. Поэтому, не сговариваясь, берём самое дешёвое — по пирожку с капустой и чай.
Но чем ближе к трём, тем чаще я смотрю на часы. Анжелика тоже выглядит напряжённой, и, вдруг, спохватившись после сигнала сообщения, спешно прощается и убегает в общежитие.
Я же, отдышавшись в уборной, умываюсь, переплетаю растрёпанный хвост и иду на парковку. Стараюсь не думать о том, что меня может ждать. Может, Герман действительно просто заплатит мне за диплом. Который, признаться, я понятия не имею, как смогу написать. Тем более что научный руководитель у Германа не кто иной, как Триполин.
Выхожу из дверей университета и спускаюсь по ступеням, а потом направляюсь в сторону парковки. Ноги становятся ватными, и я почти не чувствую под собой земли, в животе всё свернуло в тугой узел. Но я перехватываю ворот пальто и сжимаю, чтобы не задувало, и прибавляю шаг.
На углу парковки замираю. Машины Германа не видно, и я даже готова выдохнуть с облегчением, когда вижу, как с угла подъезжает серый внедорожник. Герман притормаживает и выходит из машины, а я буквально уже готова броситься наутёк, когда вижу его хищный взгляд и как он широкими уверенными шагами приближается ко мне.
— Привет, Майя-маюня, — улыбается он, а мне поёжиться от такой улыбки хочется. А потом подходит совсем близко и склоняется к моему уху. — Хорошая девочка. Но лучше в следующий раз не морозь меня так долго, я не очень-то отличаюсь терпением.
Его внезапно становится так много рядом, он так сильно меня подавляет, что я вжимаю голову в плечи. И понимаю это лишь когда в плечах становится некомфортно.
— Поехали, — кивает он на пассажирское сиденье спереди, открыв дверь.