Глава 1
Сознание возвращается толчками. Сначала звуки, потом свет, потом боль. Ноющая, пульсирующая в висках.
Чужое медленное дыхание рядом. Яркая полоса летнего солнца, пробивающаяся через окно и светящая мне прямо в глаза.
Я пытаюсь разлепить веки. Ресницы слиплись от туши. Во рту — будто кошки насрали. Понимание того, что происходит, приходит не сразу.
Где я?
Что вчера было?
Память услужливо подсовывает обрывки. Словно чужие воспоминания. Вписка у Ники. Дорогой алкоголь, который она буквально вливала в меня.
— Пей, Ада, не будь такой занудой, — говорила она настойчиво, всовывая мне в руку пластиковый стаканчик и складывая губки бантиком. — Это элитный джин. Папа из Лондона привёз. Ты же не хочешь меня обидеть?
Нет, на самом деле не хотела. Мы с Никой были подругами. Мой папа очень хотел, чтобы я с ней поладила, ибо с семьёй Демидовых у нас был общий бизнес. А потому нужно было налаживать связи.
Мы с ней дружили уже три года. С девятого класса, ровно с того момента, когда папа перевёз меня в Москву.
Демидов вложился в его стартап. И он резко стал удачным. Папа сказал, что так резко мало кому везёт, даже с инвесторами, а потому стал работать ещё больше, чтобы не просрать всё к чертям. А наша семья стала богатой. Я буквально проснулась в другой реальности, где теперь могла попросить всё, что хотела.
Меня перевели в частную школу.
Старые друзья отошли на второй план. Вероника и её друзья стали первыми людьми, с которыми приходилось считаться. Я не любила громкие тусовки, к тому же учёба в частной школе незаметно стала съедать больше половины свободного времени. Я не могла позволить себе скатиться до троек, ведь тогда гарантированно стала бы изгоем. Но, конечно, до золотой медали всё равно, к сожалению, не дотянула.
И вот теперь, отпраздновав выпускной, встретив рассвет уже на новом этапе жизни, как говорили учителя, притворно рыдая со сцены, я проснулась в совершенно незнакомом месте. С сушняком и полным непониманием, почему я ещё не дома.
Светлый потолок. Какие-то нелепо вычурные обои. Кондиционер для белья, от запаха которого у меня зачесалось в носу. Жёсткая подушка, от которой разболелась шея.
И кто-то рядом.
Сердце пропустило удар. Потом ещё один. А потом срывается в галоп где-то в горле. Я скосила глаза, боясь пошевелиться. Мужской затылок. Светлые, чуть вьющиеся волосы. Широкие плечи, прикрытые белой простынёй. Он спит спиной ко мне. Но этого достаточно, чтобы его узнать.
Марк!
Марк, мать его, Аверин! Парень Ники.
О боже, нет. Нет-нет-нет-нет!
Я рывком сажусь в кровати, и голова взрывается болью, а перед глазами темнеет. Но мне плевать. Я откидываю лёгкое покрывало, осматриваю и ощупываю себя. Короткое платье, которое мне помогла выбирать Ника для выпускного, задрано, но, по крайней мере, на месте. Бельё вроде тоже. Никаких следов бурной ночи.