— Не понимаю, о чём вы, — произнесла она так же ровно. — Охота?

— Да, — кивнула я и встала прямо перед её столом. — Охота. Вы не могли не слышать, как в час ночи грохотала музыка! Это просто невозможно не заметить.

— Ночью было тихо, — мягко возразила Инга. — Я дежурила до часу ночи и ничего подозрительного не заметила. Возможно, вам приснился дурной сон? Адаптация к новому месту, стресс — это всё наложилось, и приснился кошмар. Такое бывает.

— Я вообще не спала!

— Ну вот видите, — тут же подхватила Инга. — Вы не спали. Бессонница плохо сказывается на восприятии реальности. А ещё новое место, стресс…

— Да, поняла я! — воскликнула я, ударив ладонями по столу.

Инга вздрогнула и с подозрением покосилась на меня.

— А это вы как объясните?

Я показала ей свой браслет.

— Очень красивый. Только не понимаю, к чему здесь аксессуары?

— Меня вытащили из постели! Надели мешок на голову и выволокли в лес. Заставили бегать по территории, как загнанного кролика. А теперь один козёл объявил, что я его собственность! Это нормально, по-вашему? — не выдержала я.

Инга заметно растерялась, откашлялась. Её лицо покраснело, словно ей стало жарко.

— Послушайте, Аделина, мы ценим вашу фантазию, но, возможно, её стоит перенаправить в другое русло? У нас есть замечательный кружок писателей. Уверена, они оценят вашу идею по достоинству.

— Да какие, мать вашу за ногу, писатели? — ещё больше взорвалась я, но в следующую минуту заставила себя успокоиться. Криком ничего не решишь. Значит, надо заходить с другой стороны. — Так, знаете, мне это надоело. Мне нужно позвонить папе. Где у вас можно позвонить?

— Все созвоны с родственниками строго регламентированы, — с облегчением проговорила она, попав в свою стихию. — Пожалуйста, дождитесь десятого числа. А сейчас я советую покинуть кабинет, пока я не вызвала охрану.

— Охрану? — удивилась я. — За что?

— Вы нарушаете правила колледжа.

Я нервно рассмеялась.

— Правила колледжа, — повторила я с сарказмом. — Здесь все нарушают правила, а вам и дела нет. Творится всякая хрень, а-ля «Голодные игры», а вы это покрываете. Я вас засужу. Помяните моё слово! Эта шарашкина контора закроется, вы и глазом моргнуть не успеете, — пообещала я, покидая кабинет.

Я хлопнула дверью и тут же поёжилась. Чувствую себя истеричкой. Но это оправданно. Нихрена же себе. Я действительно не спала всю ночь после этой сраной «Охоты». Сначала думала смириться. Потом послала всех нахер и пыталась снять браслет. Провозилась с ним почти час. Ковыряла замок скрепкой, найденной в ящике стола, пыталась поддеть его пилочкой для ногтей. Даже пробовала стянуть с руки, намылив запястье жидким мылом из диспенсера в ванной. Ничего. Металл сидел идеально, как вторая кожа. Не тёр, но и не поддавался ни на миллиметр.