В зале воцарилась мёртвая тишина. Даже цветы на стенах, казалось, перестали шелестеть, а вода замерла, боясь хоть одним звоном капли нарушить её. Я услышала, как Лиан резко вдохнул рядом, и почувствовала, как земля уходит из-под ног. Отец… назначил меня? В Совет? Зачем?
И ведь фэйри на ложь не способны! А это значит, что Советник не врёт, и это правда!
– Это… – начала я, но голос предательски дрогнул на словах «большая честь». Ага, невероятно большая честь – умереть членом Совета! Я точно однажды не проснусь при таких раскладах! И всё же я сглотнула, заставив себя выпрямиться, – Я принимаю волю отца.
Взгляд Советника сменился на удовлетворённый, даже довольный, после чего он, усмехнувшись ещё шире, указал мне на место покойного короля.
– Тогда прошу. Ваше место уже заждалось вас, – на негнущихся ногах я подошла к резному креслу из чёрного дерева с высокой резной спинкой и высокими подлокотниками, после чего медленно в него села, чувствуя на себе сотни взглядов всех фэйри. Сказать честно, я чувствовала себя далеко не уютно.
Дверь в зал распахнулась резко и неожиданно, от чего я вздрогнула, ещё не собравшись с мыслями после того, что только что произошло. Тоненькой струйкой претенденты на трон потянулись внутрь, шурша дорогими тканями и перешептываясь между собой.
Первым вошёл граф Брельен, уже без улыбки, но с тем же самодовольным блеском в глазах, одетый в тёмно-зелёный, почти как вчера, но более строгий камзол. За ним, с высоко поднятым подбородком, вошла Вайнтер. Она была в своём фирменном перламутрово-синем платье, ничуть не скромнее вчерашнего, бального, а взгляд был всё такой же: надменный, холодный, уверенный. Её появление вызвало едва слышный, но явственный ропот среди агат-ши и членов Совета. Женщина, пусть и пассия короля, пусть и беременная – среди претендентов? Кроме них было ещё два дальних родственника.
На этом, собственно, всё. Конечно, кроме них и брата было ещё два претендента: барон Майерс и герцог Андаллисс, и оба сейчас были в Северных Землях. И, если первый там просто жил, то второй сторожил границу.
– Остальным наследникам сообщили? – лениво поинтересовалась сидхэ с золотой кожей и алыми глазами, что-то вычерчивая пальцем с длинным ногтем на столе. Советник кивнул.
– Сразу же. Они прибудут, как только смогут, – он отпил из бокала, что стоял перед ним, а после продолжил, – Итак. Каждый из претендентов на терновый трон Неблагого Двора имеет право представить себя и подтвердить степень родства с покойным монархом. Начнём по старшинству крови.
Чем-то это походило на спектакль: каждый выходил в перед и говорил: «Я, такой-то, состою в таком-то родстве с королём, являюсь агат-ши такого-то порядка». Граф Брельен, кстати, говорил уверенно, как о деле решённом. Дальние родственники же стояли с лихорадочным блеском в глазах, надеясь, что им удастся урвать хоть что-то.