Сергей понял: ещё одна проверка. Берия защищал своих людей — или прощупывал, насколько далеко можно зайти в критике прежних методов.

— Следователей, которые применяли пытки без санкции, — наказать, — сказал Сергей. — Тех, кто фальсифицировал дела, — тоже. Но массовых чисток в органах не будет. Мне нужен работающий НКВД, а не напуганный.

— А жалобы освобождённых?

— Рассматривать индивидуально. Если есть конкретные факты — разбираться. Если просто обиды — объяснять, что прошлое в прошлом.

— Понял.

Берия сложил бумаги обратно в папку. Но не встал — сидел, смотрел на Сергея.

— Что ещё? — спросил Сергей.

— Один вопрос, товарищ Сталин. Личный.

— Слушаю.

— Вы мне доверяете?

Прямой вопрос. Неожиданный. Сергей оценил — Берия был умнее, чем хотел казаться. Понимал, что ходит по тонкому льду.

— Доверяю — в пределах должности, — сказал Сергей. — Ты — нарком внутренних дел. Твоя работа — безопасность государства. Делай её хорошо — и доверие будет расти. Делай плохо — или играй в свои игры — и разговор будет другой.

— Какие игры, товарищ Сталин?

— Любые. — Сергей встал, прошёлся вдоль стола. — Ты умный человек, Лаврентий. Умнее Ежова. Это хорошо — мне нужны умные люди. Но умный человек может использовать свой ум по-разному. Может работать на страну. А может — на себя. Строить империю внутри империи.

Берия сидел неподвижно.

— Ежов так делал, — продолжил Сергей. — Думал, что НКВД — его личная армия. Что он может арестовать кого угодно, включая членов Политбюро. Включая меня. Видишь, чем это кончилось?

— Вижу, товарищ Сталин.

— Вот. Не повторяй его ошибок. Работай — честно, профессионально. Лови настоящих врагов, а не выдумывай их для статистики. И не пытайся стать незаменимым за счёт страха. Незаменимых — нет. Это Ежов тоже думал, что незаменим.

Пауза. Берия медленно кивнул.

— Я понял, товарищ Сталин. Разрешите идти?

— Иди. И, Лаврентий…

— Да?

— Доклады о настроениях — присылай. Но без предложений арестовать. Просто информация. Договорились?

— Договорились.

Берия вышел — так же мягко и бесшумно, как вошёл.

Сергей стоял у окна, смотрел, как чёрная машина наркома выезжает за ворота.

Берия. Самый опасный человек в стране после него самого. Умный, жестокий, беспринципный. В той истории — правая рука Сталина, организатор террора, потом — претендент на власть после смерти вождя.

Здесь — пока на коротком поводке. Но поводок может порваться. Или Берия найдёт способ его перегрызть.

Держать его — необходимо. НКВД нужен стране, нужна разведка, нужна контрразведка. Без этого — никуда. Но доверять — нельзя. Ни на секунду.