Мы спустились по узкой лестнице. Ступени каменные, стёртые тысячами ног. Стены — голый камень, без украшений. Воздух стал холоднее. Пахло чем-то древним — не плесенью, не пылью, а самим временем. Запах веков, сконцентрированный в одном месте.

Коридор тянулся метров тридцать. Никаких ответвлений, никаких дверей — только прямой путь вперёд. В конце нас ждала массивная дверь. Металл, толщиной сантиметров пятнадцать. Руны на поверхности — защитные, судя по структуре.

Граф приложил ладонь к панели рядом с дверью. Панель засветилась — сканирование биометрии. Потом он произнёс что-то на языке, который я не узнал. Старославянский? Латынь? Что-то ещё древнее?

Руны на двери вспыхнули и погасли. Раздался глухой щелчок.

Дверь открылась.

И я увидел настоящую сокровищницу.

Небольшое помещение — метров тридцать квадратных. Низкий потолок, каменные стены, тусклое освещение от нескольких магических светильников. Никаких витрин, никакой подсветки, никаких табличек с описаниями.

Артефакты лежали на простых деревянных полках, как товары в деревенской лавке. Без порядка, без системы. Кристалл рядом с черепом, меч поверх свитка, амулет в коробке из-под обуви.

Хаос? На первый взгляд — да. Но хаос особого рода. Хаос, который говорит: «Нам не нужно красоваться. Мы и так знаем, что здесь лежит».

И от каждого предмета исходила аура. Мощная. Древняя. Опасная. Не та вежливая аура из главного зала. Эта была… живой. Агрессивной. Как зверь в клетке, который только и ждёт момента, чтобы вырваться.

Я активировал некромантическое зрение на полную мощность.

Мир взорвался красками. Каждый предмет сиял своим светом — яростным, пульсирующим. Не свечение, а пламя. Не мерцание, а буря.

Вот череп, покрытый рунами. Чёрное пламя пляшет в глазницах — артефакт некроманта, способный поднимать мёртвых без участия мага. Древний, могущественный, опасный. Один неверный жест — и он выпустит на волю всё, что накопил за века.

Вот кинжал с лезвием из застывшей крови. Алая аура пульсирует в такт невидимому сердцу — оружие кровавой магии, питающееся жизнью жертв. Каждое убийство делает его сильнее. Сколько душ он поглотил? Сотни? Тысячи?

Вот зеркало без отражения. Серебристый туман клубится внутри, как живое существо — портал? Ловушка для душ? Окно в другой мир? Структура слишком сложная, чтобы определить с первого взгляда.

Вот книга, обёрнутая в человеческую кожу. От неё исходит запах крови и безумия — гримуар, написанный чернилами из слёз и чернилами из боли. Открыть такую книгу — значит рискнуть разумом.

Я шёл вдоль полок, изучая каждый предмет. Граф остался у двери — нервный, напряжённый. Его взгляд метался от артефакта к артефакту, как у человека, который оказался в комнате с тиграми.