Я тут же размашисто перекрестился, заверяя всеми святыми, что говорю чистую правду. Хотя, судя по его глазам, этого было недостаточно. Его неверие в то, что простой ученик вообще способен создать нечто подобное, плавно перетекало в уверенность, что я это где-то увидел. Где именно — инженер и сам бы не сказал, но поверить в мой гений ему было физически больно. Мол, подсмотрел, запомнил и ловко воплотил в металле. Молодец, конечно, но…

— Этонаше с вами изобретение, — чеканя каждое слово, произнёс я, глядя ему прямо в глаза.

— Кто отливал детали? — спросил он.

— В литейном цеху. Догоняли по месту.

— В смену?

— После выполнения полученного задания, — сказал я.

— Насколько уменьшена конструкция?

— В пять раз, примерно. Иначе весила бы больше десяти пудов, — так быстро и четко, как задавались вопросы, я отвечал.

— Ко мне в кабинет! — почти выкрикнул Николай Иванович и вновь решительно зашагал прочь из цеха.

Не рабочий день, а какая-то тренировка по спортивной ходьбе. Но я, разумеется, безропотно последовал за ним.

— Почему ты называешь этонашим ? — тяжело дыша, спросил инженер, когда мы вновь оказались вдвоём за закрытыми дверями его кабинета. — Ты не понимаешь, что благородного человека подобное предложение может оскорбить? С какой стати я должен присваивать чужие заслуги?

Истинный дворянин. Ни грамма — не бизнесмен. Любой другой на его месте уже мёртвой хваткой вцепился бы в идею: запатентовать конструкцию, а затем втридорога продавать её по всему миру, где прямо сейчас разгорается колоссальный, безумный бум строительства железных дорог и паровозов.

— Во-первых, потому что именно вы натолкнули меня на эту мысль, — спокойно ответил я. — А во-вторых, господин ведущий инженер… ну как я, всего лишь безродный ученик, смогу довести это дело до ума? Здесь нужны патенты. А нанять толкового стряпчего, который разбирается в международном патентном праве, я не могу физически, даже будь у меня на то средства. Вот поэтому я и предлагаю: пусть это будет ваше изобретение. Но в соавторстве со мной. Нам нужно срочно, немедленно оформлять патенты. В Англии, в Америке, во Франции…

— Да прекрати ты уже! — взорвался Николай Иванович. — И без того у меня складывается стойкое ощущение, что меня водят за нос!

Я благоразумно замолчал. Инженер тяжело подошел к массивному графину с водой, подрагивающей рукой налил себе полный стакан и выпил его залпом, словно спирт. Кадык на его горле нервно дернулся.

— То, что ты предлагаешь… — он с шумом выдохнул, глядя куда-то сквозь меня. — Это действительно нужно. Жизненно необходимо. Поезда то и дело сходят с рельсов. Бывает, что отдельные вагоны на ходу отцепляются, страшно бьются друг о друга. Ездить стало крайне опасно, особенно в тех вагонах, где есть верхние полки. И эта твоя конструкция… дьявол, она ведь и правда спасет ситуацию. Я буду думать, как с этим поступить. Говоришь, патент взять?