— Вы теряете всякий такт, — вместо приветствия сухо бросил он. — А ведь я, было дело, посчитал тебя почти образованным человеком.

Наше общение с ходу началось с отборной выволочки.

— Господин ведущий инженер, я пришёл к вам с прорывной технологией, — не сбавляя напора, ответил я. — С тем, что непременно прославит вас, а в какой-то степени, смею рассчитывать, и меня.

— Вы опять про то крепление между вагонами? — Николай Иванович устало потёр переносицу.

Я в очередной раз уловил эту примечательную деталь: в разговоре со мной он то и дело перескакивал с пренебрежительного «ты» на уважительное «вы». Это был отличный маркер — значит, я уже нахожусь на пути к признанию. Я и раньше замечал, что Николай Иванович относится к толковым мастеровым с определённым пиететом. К некоторым из них он действительно обращался исключительно на «вы», что разительно выбивалось из общепринятой практики общения с рабочим людом.

Раньше мне казалось, что это лишь хитрая управленческая уловка. Мастеровым ведь настолько льстило подобное отношение, что они были готовы из кожи вон вылезти, лишь бы сделать всё в лучшем виде, стоило только инженеру об этом попросить. Но теперь я отчётливо понимал: это его внутренняя, глубинная потребность. Видя перед собой человека, умеющего не только работать руками, но и включать голову, он проникался к нему невольным уважением. И всё же социальная инерция брала своё — он то и дело одёргивал себя, возвращаясь к более «правильному» в понимании многих тону разговора с подлым сословием.

— Вот усовершенствованные чертежи, — я решительно шагнул к столу и положил перед инженером три плотных листа ватмана.

Он нехотя взял их. Скептически посмотрел на меня, хмыкнул и опустил взгляд на бумагу. В кабинете повисла вязкая тишина.

— Кто помогал? Арсений? — голос инженера лязгнул металлом. — Он вполне умелый чертёжник. — Николай Иванович поднял голову, глядя на меня в упор, словно поймал на дешёвой лжи.

— Это я сам.

— Не лги мне! — рявкнул Николай Иванович, резко вскакивая с места.

Он дёрнулся так сильно, что едва не перевернул чашку. Кофе плеснул на край блюдца, но инженер в последнюю секунду чудом успел перехватить опасно накренившийся фарфор, спасая ценные документы.

— Для того, чтобы так чертить, нужно профильное образование!

— И тем не менее, внимательно изучая другие чертежи, в том числе те, что остались от моего батюшки, я этому выучился, — спокойно парировал я, выдерживая его тяжёлый взгляд. — Не такая уж это и мудрёная наука, на самом деле, если руки растут из нужного места.