Подошел, правда, не сразу, а осторожно выглянув из-за угла. Я высматривал давешнего околоточного — если бы он дежурил там, мне нужно было бы заранее настроиться на жесткий разговор. Но городового не оказалось. Зато у самой проходной маячили два чина посерьезнее — жандармы в шинелях. Несложно было догадаться, что они явились либо прямо по мою душу, либо, как минимум, с расспросами. Рисковать не стоило, поэтому я остался в тени кирпичной стены, терпеливо дожидаясь появления главного инженера.

— Господин ведущий инженер!

Едва я заметил, как Николай Иванович быстрым, размашистым шагом приближается к воротам в сопровождении двух своих помощников, я тенью вынырнул из-за угла прямо ему наперерез.

— Вот же пострел, напугал! — вздрогнув, в сердцах чертыхнулся Николай Иванович и резко остановился. — Ты чего здесь трешься в такую рань?

— Я прошу прощения. Прекрасно понимаю, что обращаюсь к вам не по чину, — заговорил я быстро и тихо, глядя ему в глаза. — Но поговорить с вами прямо сейчас для меня жизненно необходимо. И разговор этот, уж поверьте, касается моей жизни.

Услышав это, инженер мгновенно подобрался, всякая утренняя расслабленность слетела с его лица. Он бросил короткий, властный взгляд на своих сопровождающих:

— Ступайте на завод. И чтобы сегодня лично все цеха обошли и проверили! Ни на каких инспекторов и жандармов внимания не обращать, производство должно работать бесперебойно. Понятно? — сухо, по-деловому отчеканил он.

Его заместители — или практиканты, я так и не понял их статуса — торопливо скрылись за воротами, и Николай Иванович проводил их тяжелым взглядом. Затем он повернулся ко мне. Смотрел сурово, всем своим видом показывая, что я безжалостно трачу его драгоценное время.

— Что опять стряслось? Что-то вокруг тебя в последнее время слишком много всего случается, — раздраженно бросил он. — Или ты посчитал, негодник, что мало денег тебе вчера отсыпали, и пришел торговаться?

Слышать это было обидно. Но, если рассудить здраво, в таком стрессе, как теперь, Николай Иванович ещё, в общем-то, повёл себя при виде меня прилично. Наверняка, придя вчера домой, он выслушал целую лавину нелепых слухов и диких домыслов о том, что именно произошло в главной паровозной мастерской, и нервы его были на пределе.

— Вы знаете такого господина Буримова? — без предисловий начал я, глядя инженеру прямо в глаза.

— Допустим, — мгновенно подобрался и посуровел Николай Иванович. По его настороженной реакции стало абсолютно ясно: он не только прекрасно знаком с этим типом, но и знает, как тот опасен.